Страница 123 - Разум природы и разум человека - А.М. Хазен - Философия как наука - Философия на vuzlib.su
Тексты книг принадлежат их авторам и размещены для ознакомления Кол-во книг: 64

Разделы

Философия как наука
Философы и их философия
Сочинения и рассказы
Синергетика
Философия и социология
Философия права
Философия политики

  • Статьи

  • align=left style='text-align:left'>Вера и наука, вера и религии

    Принципы работы мозга человека объясняют роль веры в челове­чес­ком обществе. Понимание связанных с этим особенностей се­год­ня ис­­клю­чительно важно потому, что средства массовой информации изме­ни­ли существовавшие тысячелетиями способы воздей­ст­вия на сознание лю­­дей. Это требует анализа связи веры и понятия об акси­омах.

    Основа аксиом (по принципу их математического определения и в силу их реализации в мозге с помощью экстремумов энтропии-инфор­ма­ции и её производства) есть вера – немотивированная, иррациональная убеждённость в истинности утверждений. Наука основана на аксиомах, а потому есть форма веры, как и рели­гии. Вера в аксиомы меха­ни­ки Нью­тона, в аксиомы в виде урав­нений Максвелла, в аксиомы фор­ма­лизма Дирака в кван­­­­товой те­о­рии есть немаловажный фактор успехов науки.

    Наука как форма веры принципиально отличается от религий тем, что пер­вич­но произвольные аксиомы перед тем, как быть запомненными в основах на­уки, тщательно и многократно проверяются сопоставлением с реаль­но­стью и предыдущими результатами науки. Природа, её объекты и процессы существуют вне че­ловека, вне его мозга и сознания. Че­ло­век с по­мо­­щью науки изменяющимися последовательными прибли­же­ни­я­ми ищет пути её описания, используя удобные для себя язы­ки. Языки аксиоматичны, поэтому в основе науки появляются аксиомы как её сос­тав­ляющая, неподконтрольная логике. 

    Вера при её отображении в религиях принципиально и обязатель­но – иррациональна и консервативна. Причина заключается в том, что цели су­ще­ство­ва­ния человека, его мозга и разума в природе как не­за­ви­­симой от человека реальности – нет! Главное существо религий состоит в том, что­бы сформулировать такую цель – ввести то, чего нет в природе, и ис­поль­зовать это для выживания человека как вида жизни.

    Вера в виде аксиом в науке последо­ва­тель­ными приближениями описывает реально существующее в природе.

    Вера в виде религий вводит отсутствующее в природе поня­тие о цели существования человечества и индивидуумов в нём, кото­рое важно для выживания как человечества, так и индивидуумов, и охра­ня­ет консерватизм цели.  

    Второе начало термодинамики как стремление к макси­му­му беспо­ряд­ка, к максимуму способности превращений, к невозмож­ности веч­но­го равновесия не включает целей сохранения равновесия, которые вво­дят религии. Исходное для религий – защитить человека, обеспечить его выживание тогда, когда законы природы этого не гарантируют. 

    Акси­о­мы эффектив­ны, когда образуют полную замкнутую сис­­те­му, позволяющую сформулировать правила языка. На ранних ста­диях раз­вития человечества огромным достижением являлся обычный раз­го­вор­ный язык и его множественные аксиомы об окружающих пред­ме­тах и процессах. Он был один для всего. Параллельно с языком и на его ос­но­ве воз­ни­кали как науки, так и рели­гии. Общность аксиоматики языка в них при­ве­ла к тому, что наука, как правило, вхо­ди­ла в состав ре­ли­гий.

    Законы природы едины и существуют вне нас. Воз­ник­новение и эволюция как науки, так и религий управляется ими. При этом (как и во всём в природе) первичен синтез информации. Для него необходимы Слу­чайности – Условия – Запоминание. По отношению и к науке, и к ре­­ли­ги­ям при запоминании действуют те же два класса критериев ус­той­чи­вос­ти, которые обуславливают всё во Вселенной.

    Первый из них, суммированный на рис. 1.2, дей­ствует в пределах одной и той же плоскости синтеза информации. Он привёл к философии как форме науки, основанной на малых изменениях в пределах разговор­ных языков. До наших дней сохранились обусловленные этим аналогии между философией и религиями. Процессы в одной и той же плос­кости синте­за информации направлены к тупикам равнове­сия. Эта особенность при­сут­­ст­вовала и присутствует как в философии, так и в религиях. Неко­то­рые из этих тупиков сохранились до наших дней.

    Накопление случайностей и ошибок приводит к разрушению ту­пи­ков равновесия на основе принципа мак­симума производства энтро­пии (критерий устойчивости рис. 1.4). Так возник для науки свой новый язык – математика, почти вытеснившая в ней разго­ворный язык. Мате­ма­тике от­­вечает новая плоскость тупиков равновесия, которая обусловила прин­­ци­пиальное отли­чие на­у­ки от ре­ли­гий. Математика исторически со­вер­­шен­ствовалась в пределах своей плоскости синтеза инфор­мации. Ре­ли­­гии перейти в эту плоскость не могут, так как они должны быть мас­со­вы­ми по отношению к людям, а математику труд­но сделать языком всех. Разрыв между наукой и религиями стал про­пастью (как и долж­но быть меж­ду разными плоскостями в наглядном отображении). Но это не ме­ня­ет главного – атеизм есть рациональная форма веры в то, что последо­вательными изменяющимися приближениями природу можно описать и на этой основе обеспечить выживание в ней человека.

    Ре­мёс­ла и их рационализм были составляющей возникновения на­у­ки. На ос­но­ве своих аксиом (исходно как веры) на­ука даёт сис­те­му стро­­гих ло­гичес­ких результатов. Матема­ти­ка (как аппа­рат – язык нау­ки) вводит способ проверки работы самой себя средствами ло­гики. Это от­де­ляет ре­мёс­ла от науки. Наука даёт практи­чес­кие результаты для ремёсел, которые есть проверка её аксиом. Наука по­стоянно умень­ша­ет чис­ло первичных ак­сиом. Она ме­­ня­ет чело­ве­чес­кое общество свои­ми прак­ти­чес­кими ре­зуль­татами. Адек­­ват­­но ответить религии не могут из-за несо­по­с­та­вимости языков и консерватизма как существа рели­гий.

    Эволю­ция веры, которая привела к атеизму и выражающей его на­у­ке, происходила парал­лель­но с эволюцией веры в смысле религий. Од­на и та же основа как у науки, так и для религий. Она в том, что вера нужна и работает там, где неприменимы или слож­нее и труднее работа­ют преобразования се­ман­тической ин­формации, где не рабо­та­ет язык на­у­ки – математика. В первую очередь это область познания человеком са­мо­го се­бя, особен­нос­­тей своего разума. При этом важно, что люди не жи­­­вут поодиночке – они существуют в обществе себе подобных, а по­то­му познание ими сво­его разума неизбежно приводит к необходимости познания законов взаи­мо­действия людей между собой.

    В возникновении и развитии религий как выражения веры присут­ст­вует ключевая осо­бен­ность. Как отмечалось ранее, разум человека от­ли­чает от разума при­роды способность и необходимость сфор­му­ли­ро­вать абстрактное поня­тие цели. Поэтому ну­ле­вой уровень иерархии в ра­бо­те разума человека есть синтез аксиомы о существовании цели как та­ко­вой. Это есть ак­си­о­ма о существовании це­ли жизни человека. Она автоматичес­ки означает существо­ва­ние “кого-то” или “чего-то” над че­ло­­ве­ком, что ста­вит цель и контроли­рует её достижение.

    Естественно, что эволюция аксиомы о цели начинается от част­ных целей, диктуемых выживанием. Успехи охоты, собира­тель­ст­ва, потом сельского хозяйства, ремёсел, торговли ма­те­риализует вера-аксиомы в ви­де независимых символов – предметов или аналогов че­ловека. Они от­ветст­вен­ны за успехи и неудачи в каждой конкретной об­ла­с­ти чело­ве­чес­кой деятельности. Цель мате­ри­а­лизуется соз­на­нием человека в виде кон­к­рет­но­го об­ра­за. Отсюда фор­ма первичных ре­лигий – мно­жест­вен­ность богов и идо­ло­пок­лонство.

    Развитие технологий, обспечивающих выживание, вводит прак­ти­чес­кие приёмы, от которых зависят результаты. Обучение им разума че­ло­века делает выживание зависящим от него са­мого – оши­­бочный удар мо­­лотком по пальцу не требует для защиты от него выс­­ших сил. Исче­за­ет необъяснимость результатов, требовавшая внеш­них дви­­жетелей успе­ха и их символов. Разум человека консервативен, по­э­то­му идея многих богов в виде утончённых легенд сох­ра­­ня­ет­ся, например, в Древней Гре­ции, сосуществуя с высоким уровнем разви­тия науки и ремёсел. Но это уже не идолопоклон­ст­во, а фор­ма пред­­став­ления необъяс­нённого в возникновении и эволюции человека и его разума.

    Идолопоклонство как первичная форма религий ос­но­вано на заме­не реальных объектов несопо­ста­ви­мыми с ними идеализа­ци­я­ми в фор­ме других объектов. Они первичны как аксиомы. Вмешательство техно­ло­­гий в религии приводит к историческому уменьшению числа незави­си­мых богов, заменяя часть из них на­вы­ками и правилами.

    Опять вернусь к науке. Главный элемент мозга рис. 9.1 и способ его работы есть синтез ак­сиом – произвольных утверждений. Аксиомы выражают материализо­ван­ную веру.

    В науке, как форме веры, главное есть замена реального объекта его упрощенным описанием, выделяющим малую часть пара­мет­ров и вза­­и­мо­действий его самого. Появляется слово – аксиома – в его совре­мен­­ном смысле. В той же Древней Греции результаты этого кажут­ся по­ра­зи­тель­ными по количеству и качеству. Такое понимание акси­ом есть син­тез информа­ции. Запоминание как его составляющая должно иметь форму экс­понен­ци­аль­но­го развития, что и демонстрирует история.

    Задумайтесь над фак­та­ми, дав­ностью око­ло двух тысячелетий, а мо­жет быть и больше. Земля дос­то­верно пони­мает­ся как шар. Например, Эратос­фен с по­мо­щью теней в колод­цах, не слишком далеко отстоящих друг от друга, из­ме­ряет её диаметр. Математика как форма языка при­об­ре­тает начала её современной фор­мы со всеми преимуществами и осо­бен­ностями, о которых говори­лось выше. Синте­зи­руется атомизм не толь­­ко эквивалентный современному, но даже пре­вос­ходящий его со­че­та­нием наглядности и точ­ности поста­но­вок за­дач.

    Одновременно с этими успехами возникает здоровое недоумение – иде­ализированные, казалось бы, исчерпывающе правдоподобные объек­ты науки, заведомо входят в противоречие с реаль­но­стью. Его отражают пара­док­сы, дошедшие до нас под именами их авто­ров. Прочтите из­дан­ные на русском языке в восьмидесятые годы работы Секста Эмпирика.

    Однако ответов на эти противоречия не возникло, в частности по­то­му, что возмож­ность их исчезла. Разум и агрессивность людей биохи­ми­­чески взаимо­свя­заны. Агрес­сив­­ность уничтожает результаты разума. Древнегреческая, римская цивилизации лоп­нули как мыльный пузырь. Но раз­ви­тая письменность уже была, а потому следы остались и были ис­пользо­ваны потомками. Развитие науки происходило параллельно в других странах, что сработало для её сохранения.

    Статистика проб и ошибок при синтезе информации человечес­ким разумом случайна, но ограничивающие её условия – общие. Поэтому в разных странах, у раз­ных народов её результаты имеют близ­кие формы. Запоминалось в этом синтезе информации разное. Ценность и незаме­ни­мость запомненной информации (как запас устойчивости и область ус­тойч­ивости, параграф 12 главы I) были различны. Не всё из далёких во вре­ме­ни результатов дошло до нас. Не всё понято в современных тер­ми­нах. Европейская ци­ви­­ли­за­ция знает и понимает преимущественно ре­зуль­таты науки в Древ­ней Гре­ции и в Риме. Это было относительно быс­т­ро (за 8 – 10 тысяч лет) достиг­ну­тым результатом слу­чай­ных проб, в ко­то­ром на первое место вышло, что цель жизни (един­ст­вен­­ное не­объяс­­нимое логически) требует су­ще­­ст­­вования единственного симво­ла ве­ры.

    Ещё в Древнем Египте Эхнатон ввёл единого Творца. Это был ог­ром­ный шаг в истории че­ловечества. Но одновременно это был Творец-фетиш, так как Эхна­тон отождествил его с Солнцем. В религии Эхна­то­на было что-то от последующего открытия Коперника. Но даже в такой фор­­ме веру Эхна­то­­на как смену аксиом ста­ли уничтожать и уничтожили сразу после его смерти. Попытка внедрения веры Эхнатона не стала син­те­зом информации, преодолевшим прошлый тупик равновесия.

    Цель познания человеком самого себя более абстрактна, чем цели управления сообществами людей. Вера способна дать ответ в рамках пер­­вой цели. Но вера человека неоднозначна – она реализуется через конкретные особенности индивидуума. Вера как инструмент управления сообществом людей должна быть коллективно тождественной. Тогда это уже не вера, а религии. В сообществах лю­­­дей задачи управления по­дав­ля­ют потребности индивидуумов. Религии трансформируются так, что первичная вера (как свойство человека) подчинена сиюминутным тре­­­бо­ваниям управления людьми. Попытка Эхна­то­на ввести единый сим­вол веры, единого Твор­ца проводилась им как главой госу­дарства. Но даже в таком виде она оказалась крамольной для окружаю­щих.

    Подпись: Рис. 10.3.В это время случайность образовала ма­ло­численную изолирован­ную груп­пу лю­дей и поставила их в исключительно тяжелые усло­вия вы­­живания. Её возглавил на основе лич­ных ка­честв Моисей. В силу вос­питания и об­ра­зо­ва­ния он хорошо знал и понимал досто­ин­ства и не­до­­с­тат­ки рели­гии Эхнатона. Для этой груп­­пы людей из-за малочис­лен­ности не было необхо­ди­мо­сти в госу­дарственных фор­мах уп­рав­ления. Их предводитель 3300 лет назад соз­дал, предвосхитив на тысяче­ле­тия развитие человечества, такую форму веры, которая со­че­тает особен­нос­ти индивиду­ума с требова­ни­я­ми сосу­ще­ст­вования кол­лек­ти­ва людей. Это был скачок, преодолевающий тупик равно­ве­сия. Он создал для разума человека новую иерар­хическую плос­кость синтеза энтропии-ин­фор­ма­ции со своим адиабатическим инва­ри­­антом и своими процессами само­ор­гани­за­ции внутри неё. Она показана на рис. 10.3. Вни­зу многогранником обоз­начено возникновение такой веры как пер­вич­ного объекта. Мои­сей ввёл веру не только в единого Творца, но и придал ему форму, отвечающую законам природы и благу человечества – впервые сам че­ло­век, каждый индивидуум стал Творцом, отвечающим за себя и будущее всех людей. Этот Творец внутри каждого.

    Пусть косвенным и сложным путём, но запо­ми­нание в разумной дея­тельности человека в итоге определяется всё тем же дарви­нов­с­ким вы­живанием выживающих. Это приводит к функциям ре­лигий как сос­тав­ляющих технологий управления обществом. В вере Моисея это ото­б­ра­жают правила, которые стали важнейши­ми для человечества. Добро, вза­имопомощь должны быть главным для человека. Войны не сов­ме­с­ти­мы с существованием и верой че­ло­века. Са­мо­конт­роль че­ло­века ма­тери­а­ли­зо­ван минимальными обязатель­ными нор­мами в ви­де деся­ти запове­дей. В человеческих сообществах должны существовать единые правила сани­тар­ного контроля продуктов питания. Труд человека должен вклю­чать в себя обязательный отдых. По отно­ше­нию к самой религии как фор­ме веры вводится важней­ший зап­рет – вера не должна фетиши­зи­ро­вать­ся, она не должна подме­няться символами ве­ры. Вера мате­ри­а­ли­зо­ва­на в каждом чело­ве­ке в виде его обя­зательств и его личной ответ­ст­вен­но­сти за их вы­полнение перед са­мим собой и ок­ру­жающими – ответ­ст­вен­ности, от которой нельзя уйти и спрятать­ся, так как она внутри ка­ждого, является его существом.

    После скачка, как и полагается, начались процессы самоор­га­низа­ции на его основе – синтез информации внутри новой плоскости иерар­хии роста энтропии-информации. На основе этой веры возникли и отпоч­ко­вались от неё доми­ни­ру­ю­щие современ­ные рели­гии, их видо­из­ме­не­ния и попытки создания отличных от них новых религий. Это изо­б­ра­жено на рис. 10.3 разными символами. Прошло несколько тысячелетий. Сегодня на таком рисунке, если его изображать строго, необходимо бы­ло бы использовать несколько со­тен символов. Итог в том, что вера в исход­ном виде, в кото­ром она преодолела тупик прошлого рав­новесия, не сохра­ни­лась ни в одном из “дарвиновских” синтезов ин­фор­мации о ре­ли­гиях рис. 10.3. Например, само­ор­ганизация в пределах новой плоскости “тупиков рав­но­весия” в резуль­та­те условий, необходи­мых для управ­ле­ния феодаль­ным обществом, дове­ла неко­то­рые из рели­гий до того, что в них наиболее поощ­ря­емой доблестью стала смерть во имя взаи­мо­унич­то­жения – диамет­­раль­но противоположное пер­воначальному смыс­лу и целям религий. Близко по смыслу, но в других формах, про­ис­хо­дило фор­мирование рели­гий в территориально изолиро­ван­ных облас­тях про­жи­вания людей от Индии до Китая и Японии. 

    Человеческая психо­ло­гия (как отображение свойств разу­ма чело­ве­ка) не может обходиться без символов веры. Поэтому для всех религий возникла фетишизация – образ-символ, главенствующий в религии.

    Приведу пример-аналогию из физики. В оптических приборах глаз наблюдает мнимое изображение – кажущееся пересечение оптических лу­­чей геометрической оптики. С помощью линз мож­но образовать и дей­ст­вительное изображение – объект, “висящий” в пустом пространст­ве. Возникает парадоксальный эффект – глаз “не хочет” видеть этот объ­ект. Он не может сфокусироваться в явно пустом пространстве – объект вос­при­нимается в виде бесформенных пя­тен света. Но достаточно рядом с таким действительным изображением поместить любой предмет (на­при­мер, пустую рамку или просто палочку), как мгновенно возникает изоб­ра­жение объекта. То же самое происходит с верой – без символов она ста­но­вит­ся трудной для восприятия и не запоминается людьми.

    Поэтому эволюция веры превратилась в эволюцию религий как ото­­б­ражения ве­ры в ви­де символов. История религий как таковых – это ис­тория проти­во­­ре­чи­вых попыток соз­дать оптимальный символ веры. В этом непрерывно до наших дней идёт борьба альтернатив. Одна из них имеет форму Творца-символа, хоть и единого, но подобного сущест­во­вав­шим у идолопоклонников. Вто­рая, более отвечающая законам приро­ды, приводит к Творцу, находя­ще­муся внутри каж­дого человека. Её су­щество в том, что сам человек, его разум мо­жет и должен помнить уроки прошлого, выполнять запреты, ограничивать произвол случайностей, за­щи­щать себя и окружающих от самоуничтожения. Уже тысячелетия вто­рая альтернатива закрепиться не может. Она фетишизирована у всех.

    Попытки передвинуть символы на второй план, а веру – на первый всегда тонули в море крови. Гугеноты во Франции, протес­тан­ты в Анг­лии – конец был поч­ти один.

    Во всех религиях существует скрытое понимание того, что цель про­цветания человека ставится им самим и не содержит гарантий вы­пол­нимости. Отражают это постоянные упоминания в разной форме в ре­ли­гиях и вне них об апокалипсисе как итоге разви­тия человека.

    Религии консервативны по самому принципу своего существо­ва­ния. Но от скачка в эволюции религий прошли тысячелетия. Среда, в которой живёт человек изменилась. Людей стало в тысячу раз боль­ше.  Транспорт связь, питание, медицина изменились несопоставимо.

    В науке постоянно системы аксиом заменяются на но­вые, поэтому в ней за это время произошли многократные кардинальные смены акси­ом. В пре­де­лах примени­мос­ти старой системы ак­си­ом наука становится абсо­лют­ной истиной, так как смена аксиом устанавливает гра­ни­цы при­менимости старых. Таких абсолютных истин накопилось немало. Они вошли в обучение большинства людей и стали для них “реф­лек­торной очевидностью”.

    В религиях смена акси­ом не может быть проконтролирована с той степенью объектив­нос­ти, как в науке. В результате смена аксиом в рели­гиях, как пра­вило, драматична и сопровождается чело­ве­чес­кой враждой. Но даже такой ценой религии не пришли в соответствие с новой реаль­ностью условий существования людей.

    В человеческом обществе вера отображает синтез информации, а юридические законы общества её логическую обработку. В частности, юридические законы вводят в отношения людей логические доказатель­ст­ва как критерий истинности. Поэтому принципиально, по самой пер-вич­ной сути своего возникновения и существования вера и юри­дические законы, вера и управление государствами есть принципиально несовме­с­тимые понятия. Свободная от принуждений и давлений вера есть потреб­ность и благо для людей. Она дополняет юридические за­­коны в том, что они не могут описать. В таком сочетании неизбеж­ное введение сим­во­лов-фетишей в религиях оказывается терпимым. Но на протяже­нии всей истории религий, вопреки их сути, служители религий стремят­ся на­ру­шить разделение сфер воздействия на людей – подменить свободную ве­ру насильственным или законодательным её внедрением. Как всегда, когда че­ловек пытается навязать природе то, что ей противоречит, ре­зуль­тат печален. Память прошлых ошибок для человека эфе­мерна.

    Противоречия между религиями и верой, между религиями и уп­рав­­ле­нием коллективами людей, а не только успехи науки и техноло­гий, приводили и при­водят к атеизму как форме веры. Усилия самых вы­дающихся людей в истории человечества были на­правлены на то, что­бы сформировать веру как рациональное отобра­же­ние окружения – соз­дать науку как форму веры. Пифагорейцы в Древ­ней Греции, Вольтер, Гегель, Маркс – это малая часть ве­ли­ких имён, ко­то­рые внесли свой вклад в этот процесс. Коммунизм Маркса в его исходном виде, несом­нен­но, есть фор­ма социальной нау­ки как веры. Он возник в условиях зарож­дения скачка аксиом науки, который создал основу для описания коллек­ти­вов взаимо­действующих элементов. Не удивительно, что он и как наука, и как вера не смог дать тех результатов, которых ожидал Маркс и в кото­рые хотели верить после него. Об этом я рассказал в [86].

    Сегодняшний итог всего этого есть вспышка религиозной ортодок­сии в старых формах в сочетании с уже сотнями попыток создать новые, преимущественно разрушительные, символы веры, карика­тур­но исполь­зу­ющие достижения науки. Бурлящий хаос тупика равновесия в разви­тии веры ждёт неизбежного скачка в виде нового синтеза информации.

    Не расовые или национальные отличия есть лимитирующее, для “тор­­­жества разума” человека на Земле, а разница в уровне раз­­вития лю­дей в составе любого ло­каль­ного или гло­баль­­­ного их сообщества. Пони­ма­ние предыдущего опыта в процессе воспитания и обучения – это ли­ми­тирующее для стабилизации жизни людей на Земле.

    На первый план выходит парадоксальная особенность чело­ве­чес­ко­го разума – человек может ставить цели для работы своего разума и ста­вит их. Однако понятными для многих людей чаще всего ока­зы­ва­ют­ся не просто ложные, а гибельные для них цели.

    Наука трудна и профессиональна по узким областям. Религия есть популярное изложение того, что касается правил и запретов в отноше­ни­ях людей, в санитарных и общественных ограничениях, в продолжении ро­да – обобщение опыта выживания человечества. Первоначально ре­ли­гии были более тесно связаны с наукой. Сохранившиеся в них остатки этого явно устарели и ошибочны без споров. Происхождение человека от обезьяны или от Адама и Евы к вере не имеет ни малейшего отно­шения, как и вопрос о том, был потоп или нет и сколько лет Земле и человеку. Сопровождающие веру представления о сотворении мира, жизни в нём и о человеке с его разумом оши­бочны. Известны многочисленные ис­чер­пывающие эксперименталь­ные, теорети­чес­кие, натурфилософские до­ка­за­тельства этого. Право лю­бого человека верить во что он хочет и законсервировать свое поз­на­ние природы на любом предыдущем ис­то­ри­ческом уров­не, но издержки этого слишком велики.

    Одна из основ эффективности веры заключалась в том, что человек не мог объяснить мно­гое в окружающей природе и в себе самом. Отсюда иррациональный страх последствий отклонения от запретов веры. Сегод­ня достижения науки у здорового человека не оставляют места для та­ко­го страха, а без него запреты теряют эффективность.

    На сегодняшнем уровне развития общества религии пришли в про­ти­воречие со своими исходными причинами возникновения – обес­пе­чить выживание человечества. Вспышка патологического интереса к НЛО, прорицателям и подобному отражает объективное. Средний уро­вень знаний и понимания людей необратимо вырос. Старые легенды об Адаме и Еве, о потопе и Ноевом ковчеге его не удовлетворяют (даже священнослужителей). В канун третьего тысячелетия ВВС опросило 103 представителя англиканской, методистской и католической церкви. Из них только 3 верят в сотворение мира по Библии, 90 не верят в то, что Адам и Ева существовали. Что же говорить об обычных верующих?

    К сожалению, наука не смогла обеспечить пропаганду своих ре­зуль­татов в форме, доступной на среднем уровне образования людей. Се­годня задача (не­маловажная в мас­штабах выжи­ва­ния человечества) сос­то­ит в том, что­­­­бы удовлет­во­рить стремление людей найти цели своего су­ще­ст­во­ва­ния на рациональ­ном языке науки. Вера, формирующая цели су­щест­вования, защищающая от взаимоуничтожения, необходима лю­дям. Но сегодня такой веры, искренне удов­лет­воряющей хотя бы боль­шин­ство самих священнослужителей, не существует. Сегодня итог в том, что ре­ли­гии не справляются с задачей сохра­не­ния и использования опыта выжи­вания человечества.





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.