§7. Общество риска - Управление риском. Риск. Устойчивое развитие. Синергетика - Неизвестен - Синергетика - Философия на vuzlib.su
Тексты книг принадлежат их авторам и размещены для ознакомления Кол-во книг: 64

Разделы

Философия как наука
Философы и их философия
Сочинения и рассказы
Синергетика
Философия и социология
Философия права
Философия политики

  • Статьи

  • §7. Общество риска

    Единственная проблема современности заключается в том, сумеет ли человек пережить свои собственные изобретения.

    Луи де Бройль

    Обсуждая контуры цивилизации XXI века, исследователи используют разные понятия: "информационное общество", "постиндустриальный мир", "технотронная цивилизация", однако благодаря усилиям ряда западных социологов и философов при обсуждении глобальной динамики следующего столетия все чаще используется концепция "общества риска". В ее формирование основной вклад внесли Н. Луман, У. Бек, создатель теории "нормальных аварий" Ч. Перроу. Близкие концепции развивались и рядом ученых в рамках ГНТП "Безопасность".

    В центре этой теории стоят риски, порожденные техносферой. В отличие от стихийных бедствий, голода, эпидемий, терзавших человечество в прошлом, такие риски предполагают техноэкономические решения и оценки полезности. В отличие от военного ущерба, такие риски институциализированы, формально согласованы с правовой и социальной структурой общества. Разумеется, это идеальная ситуация. На практике часто технологические и экономические риски, которые вполне устраивают крупный капитал, неприемлемы с точки зрения общества. Напомним известную катастрофу в Бхопале, в результате которой погибли тысячи людей, а сотни тысяч потеряли здоровье. Другими словами, в нынешнем обществе за индустриальные риски ответственны люди, фирмы, государственные учреждения и политики. В XX веке была выработана система правил по борьбе с опасностями и рискованными ситуациями, создаваемыми современной промышленностью. В силу массового характера промышленности можно дать статистическое описание ущербов и последствий от техногенных рисков. В этом смысле они становятся предсказуемыми, следовательно, подвластными надындивидуальным политическим правилам признания, компенсации и предотвращения.

    Исчисление рисков – это связующее звено между общественными и естественными науками, между социальными приоритетами общества и используемыми технологиями. Эта область давно и детально разрабатывается. Например, в том разделе прикладной математики, который занимается страхованием жизни и пенсионными схемами – актуарной математике – используемые обозначения основных величин были стандартизированы уже в 1898 г. на II Международном актуарном конгрессе в Лондоне.

    Исчисление рисков позволяет трактовать их как систематические события, нуждающиеся в общем политическом регулировании. Условия и гарантии страховых выплат строятся на основе невиновности. Для деловых кругов создается побудительный мотив предупреждать чрезвычайные ситуации, соизмеримые с размером страховых выплат.

    Разумеется, существуют исключительные ситуации, в которых все эти инструменты не работают. По мнению авторов концепции "общества риска", в XXI веке при сохранении существующих тенденций развития общества и техносферы типичным станет совпадение нормальных и исключительных условий.

    В доиндустриальную эпоху можно было подготовиться к "наихудшему мыслимому бедствию". Во второй половине XX века такой возможности уже нет. Защищенность общества убывает по мере расширения спектра опасностей и их возможных масштабов. Исчисление рисков как основа, связывающая интересы общества, технологическую политику и политику в области безопасности, в таких ситуациях перестает работать.

    У. Бек так характеризует складывающуюся ситуацию: «Говоря точнее, атомные, химические, генетические и экологические мегаугрозы разрушают четыре опоры исчисления рисков. Здесь имеется в виду, во-первых, глобальный, часто непоправимый ущерб, который уже нельзя ограничить; тем самым рушится концепция денежного возмещения (компенсации). Во-вторых, в случае смертельных глобальных угроз исключены действенные меры предосторожности на основе предвидения последствий "наихудшего мыслимого бедствия"; это подрывает идею безопасности, обеспечиваемой "предупреждающим отслеживанием результатов". В-третьих, само понятие "бедствие" утрачивает границы во времени и пространстве и тем самым смысл. Оно становится событием, имеющим начало и не имеющим конца, своеобразным непредсказуемым "вольным пиршеством" крадущихся, скачущих и накладывающихся друг на друга волн разрушения. Но ведь это и подразумевает потерю меры нормальности, утрату процедур измерения и, следовательно, реальной основы для расчета опасностей: сопоставляются друг с другом несравнимые сущности, и расчет, исчисление оборачиваются лишь затемнением рассудка.

    Проблема "некалькулируемости" последствий и размеров с особой яркостью выявляется в недостатке ответственности за них. Научное и юридическое признание угрожающих факторов осуществляется в нашем обществе в соответствии с принципом причинности, с принципом "загрязнитель платит". Но что инженерам и юристам кажется самоочевидным, фактически даже этическим требованием, то в сфере мегарисков становится крайне сомнительным и парадоксальным.

    Эта организованная безответственность основана на смешении разных времен. Опасности, которым мы подвергаемся, относятся к совсем другому времени, чем меры безопасности, которыми пытаются их укротить. В этом основа для возникновения обоих явлений: периодического обострения противоречий, порождаемых ведающими "безопасностью" высокоорганизованными бюрократиями, и возможностей неоднократной нормализации этих "рисконосных шоков". На пороге XXI в., на вызовы эпохи атомных, генетических и химических технологий пытаются отвечать понятиями и рецептами из времен раннего индустриального общества XIX и начала XX в.

    С этими нарушениями связаны, в принципе, два типа последствий. Во-первых, рушатся социальные опоры исчисления рисков; социальная безопасность вырождается в простую технику безопасности. Условием успешного исчисления рисков является одновременный учет технических и социальных компонентов, включая срок давности, ответственность, компенсацию, предотвращение последствий. Теперь эти факторы перестают действовать, а социальная и политическая безопасность может обеспечиваться только за счет внутренне противоречивого процесса технического совершенствования.

    Во-вторых, ядром этой политической динамики оказывается социальное противоречие между существованием высокоразвитых бюрократий, занятых проблемами безопасности, и открытой легализацией прежде невиданных, гигантских угроз, без всякой возможности справиться с их последствиями. Общество, которое сверху донизу ориентировано на безопасность и здоровье, столкнулось с их диаметральными противоположностями – такими разрушениями и угрозами, которые делают смешными любые предосторожности против них.

    В Европе конца XX в. сходятся две противоположные линии развития: уровень безопасности, опирающийся на совершенство техно-бюрократических норм и средств контроля, и распространение угрозы исторически новых опасностей, которые проскальзывают сквозь все заградительные сети закона, технологии и политики. Это противоречие – не технического, а социального и политического характера – остается скрытым в "смешении времен". Такое положение будет продолжаться, пока живут старые индустриальные стереотипы рациональности и контроля.»

    Таким образом, задача обеспечения устойчивого развития мира и России в области безопасности состоит в том, чтобы общество следующего века не стало обществом риска.





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.