1. Исторические этапы взаимодействия общества и природы - Теория и история - Келле В.Ж., Ковальзон М.Я. - Философия как наука - Философия на vuzlib.su
Тексты книг принадлежат их авторам и размещены для ознакомления Кол-во книг: 64

Разделы

Философия как наука
Философы и их философия
Сочинения и рассказы
Синергетика
Философия и социология
Философия права
Философия политики

1. Исторические этапы взаимодействия общества и природы

Главный вывод, который следует из современной экологиче­ской и демографической ситуации для материалистического пони­мания истории, думается, таков: необходимо более последователь­но, обстоятельно проводить принцип историзма в анализе взаимо­отношения общества и природы. Нельзя сказать, что раньше этим принципом пренебрегали. Исследователи опирались в своей деятельности на вытекающие из этого принципа основные уста­новки, что характер взаимоотношения общества и природы зави­сит от уровня общественного развития, и прежде всего произво­дительных сил и производственных отношений, что отношение человека к природе на ранних этапах, когда он пользовался ка­менными орудиями, и в наше время, когда общество имеет в сво­ем распоряжении материально-техническую базу современной индустрии, различно, что это отношение зависит от общественной формы производства и т. д.

Но существенным недостатком в осуществлении исторического подхода было то, что подчеркивалось лишь возрастание могущест­ва человека, усиление его господства над природой, отрицатель­ные же воздействия на природу связывались лишь с наличием социальных антагонизмов. Действительно, антагонистическое об­щество порождает хищническое отношение к природе, но нельзя не учитывать и недостатков самой современной технологии. Ав­томобили — великолепное средство передвижения, но, когда их число в городах достигает миллионов, они начинают ощутимо отравлять воздух. Кроме того, не исследовались в деталях этапы взаимоотношения общества и природы, что не давало возможно­сти исторически подойти к определению специфики современного этапа и осмыслению тех тенденций, которые порождает научно-техническая революция в сфере взаимодействия общества и при­роды. Не учитывались или, во всяком случае, оставались в тени многие глубокие мысли и высказывания классиков марксизма-ленинизма, значение которых в полной мере можно оценить, только имея перед глазами современную экологическую и демо­графическую ситуацию. Осознание отмеченных недостатков долж­но, как нам представляется, стимулировать разработку теорети­ко-методологических проблем, которые выдвигаются как самими изменениями в сфере взаимоотношения общества с природными условиями его существования, так и процессом познания этих изменений.

Мы затронем здесь лишь один вопрос, связанный с разработ­кой принципов исторического подхода к анализу взаимодействия общества и природы,— вопрос об этапах их взаимоотношения, о специфике каждого из этапов, особенно современного этапа и за­ложенных в нем тенденций дальнейшего развития.

Окидывая общим взглядом историю человечества, можно вы­делить несколько своеобразных этапов взаимоотношения общест­ва и природы, каждый из которых имеет свою качественную спе­цифику как особый тип этого взаимоотношения, опосредствован­ный социальными условиями. Поскольку же отношение человека к природе строится прежде всего на основе производства (произ­водительных сил, орудий и средств труда), то переход от одного этапа к другому вызывается (определяется) революционными переворотами в производительных силах общества.

В истории человечества, как известно, имели место три таких переворота: неолитическая революция, связанная с возникнове­нием земледелия и переходом от присваивающей экономики к производящей; промышленная революция, то есть переход от ре­месленных орудий труда к машине, создание промышленности; научно-техническая революция, которая началась в середине XX столетия, продолжается на наших глазах и в перспективе должна привести к созданию качественно новой материально-технической базы, опирающейся на полностью автоматизированное производ­ство. Соответственно этим “узловым точкам” в развитии произво­дительных сил и определяются основные этапы взаимодействия человеческого общества и природы и выявляется общая линия его диалектического развития.

Первый этап взаимодействия общества и природы охватывает период от возникновения вида Homo sapiens до появления земледелия и скотоводства. Это — период, когда человек жил охотой, рыболовством и собирательством; Ф. Энгельс назвал его перио­дом присваивающей экономики. Человек производил примитив­ные орудия труда, а средства к существованию добывал с помо­щью орудий готовыми, из природы. Естественно, что он целиком и полностью зависел от наличия средств существования. Человек в этот период находился в единстве с природой, не выделялся из нее и не оказывал на нее сколько-нибудь заметного влияния. Его социальность (то есть устройство коллектива, разделение и орга­низация труда и быта, обычаи и т. д.) только зарождалась и бы­ла подчинена задаче обеспечить выживание человека как биоло­гического вида. Человек, по существу, еще не начинал преобра­зовывать природу, он воздействовал на нее лишь фактом своего существования. Естественная (экологическая и демографическая) детерминация нарождающейся социальной жизни — существен­ный момент данного типа взаимодействия человека и природы. Дифференцированность природных условий была тем фактором, который оказывал заметное влияние на судьбы различных челове­ческих коллективов — направленность их деятельности, темпы раз­вития и т. д. Этот тип взаимодействия человека и природы связан с постоянной миграцией населения, которая вызывалась разными причинами — ухудшением природных условий, исчерпанием воз­можности добывать пищу и т. д. Малое количество населения и обширные территории являлись естественными предпосылками кочевого образа жизни.

Второй этап и качественно новый тип взаимодействия приро­ды и человека образует период, когда господствующим и решаю­щим видом производства было земледелие (в некоторых местах — скотоводство), а все остальные виды производства, если они су­ществовали, были ему подчинены. Этот этап начинается с момен­та возникновения земледелия и скотоводства, то есть перехода от присваивающей экономики к производящей. Совпадая, соглас­но классификации Ф. Энгельса, с переходом от дикости к варвар­ству, он оформляется на средней ступени варварства, а значит, еще в рамках первобытной формации, и охватывает период дока­питалистических антагонистических формаций.

Появление земледелия коренным образом меняет характер от­ношения общества и природы. Человек начинает активно преоб­разовывать природу, производя не только средства труда, но и средства существования, переходит к оседлому образу жизни. Люди осваивают новые территории, строят ирригационные соору­жения, вырубают под пашни леса и т. д. Возникает различие естественной, девственной и окультуренной природной среды.

Но в силу самой специфики сельскохозяйственного труда че­ловек еще внутренне, органически связан с природой, подчинен ей. Производство почти целиком зависит от погодных условий, климата, смены времен года, плодородия почвы и других естест­венных факторов. Орудия труда земледельца — прежде всего орудия обработки земли, а земля — главное и решающее условие, предмет и средство труда. Влияние таких видов деятельности, как ремесло, добыча полезных ископаемых, строительное дело, на окружающую природу было незначительно по сравнению с окультуриванием земель под пашни и использованием домашних животных. Вплоть до позднего феодализма главное свое воздейст­вие на окружающую среду человек оказывал через различные виды сельскохозяйственного производства.

Воздействие человека на среду уже в этот период приобрета­ло иногда разрушительный характер. Разрушая естественные природные комплексы, он подчас оставлял за собой пустыню. Но разрушительные последствия человеческой деятельности носили тогда еще ограниченный, локальный, характер и, как правило, не имели необратимого характера.

Влияние естественных условий на общественную жизнь по­степенно уменьшалось, хотя зависимость человека от них остава­лась еще весьма значительной, что определялось самой специфи­кой производства. Начавшийся с возникновением производящей экономики процесс отделения человека от природы был необхо­димым аспектом самой преобразовательной деятельности. Обще­ственное разделение труда, появление эксплуатации и социаль­ных антагонизмов внесли в нее антагонистический элемент. На завершающих стадиях описываемого этапа процесс отделения че­ловека от природы принял форму противопоставления человека природе.

Сложилась любопытная ситуация. В своей основной производ­ственной деятельности человек целиком зависел от стихии приро­ды, что отражалось в характере культуры, структуре деятельно­сти, образе жизни трудящихся масс. Вместе с тем под воздейст­вием социальных отношений развивалось противопоставление че­ловека природе.

Эти противоречивые процессы отражались и своеобразно пре­ломлялись в общественном сознании. Человек первоначально осоз­навал свою реальную зависимость от природы в религиозной форме, где естественные силы принимали форму сверхъестест­венных. Но в мифологии и ранних формах религии ими населя­лась сама природа: боги были еще природными существами. В дальнейшем природа в сознании человека стала превращаться в чуждую и враждебную ему силу, в нечто мрачное, низменное, таинственное. И это касалось как окружающей природы, так и природы самого человека. Все его помыслы устремляются к не­земному, к духовному, к богу, который уже не принадлежит природе, а находится вне ее. Такой взгляд на отношение человека и природы нашел свое воплощение и завершение в средневековом христианстве. Правда, видимо, нельзя считать, что он был обяза­тельной принадлежностью всех средневековых культур. Во вся­ком случае, в индийских религиях, в том числе в буддизме, такое резкое противопоставление человека природе отсутствует.

“Христианский взгляд” на отношение человека и природы вел к следующему практическому выводу: чтобы что-то получить от природы, надо не взывать к ней самой, а молить силы, господст­вующие над природой и находящиеся вне ее, ибо именно они спо­собны заставить природу делать то, что нужно человеку. Послед­ний же чувствует свою приобщенность к божественному и вместе с божественным началом противостоит природе. Бог — союзник человека против природы. Что же касается плотского начала са­мого человека, то лучшее, что он может сделать,— это подчинить движения и стремления своей плоти богоданным правилам и нор­мам. Но “слаб человек” и поэтому должен безропотно нести свой крест. Так христианство формировало безжалостное отношение к природе, оправдывало и освящало противопоставление челове­ка природе и одновременно выполняло социальную функцию— примиряло угнетенных со своим рабским положением. — Мы коснулись лишь одного фрагмента средневекового созна­ния. Но и он убедительно иллюстрирует мысль, что нельзя рас­сматривать общественное сознание только как отражение общест­венных отношений, ибо во многих случаях анализ отношения об­щества к природе позволяет выявить факторы, детерминирующие специфику его различных форм, и разобраться в его причудли­вых изгибах.

Сознание эпохи Возрождения можно понять именно как кон­фронтацию со средневековым мировоззрением и выработанным на его основе восприятием природы в ее отношении к человеку. Существенным принципом Возрождения была попытка снять в сознании противопоставление человека и природы. Этот принцип имел самые различные проявления. Пантеизм восстанавливал до­христианское единство божественного и природного начал, сливая бога с природой. Рабле и Боккаччо ниспровергали средневековый аскетизм и реабилитировали плотское начало человека, одновре­менно разоблачая лицемерие и ханжество церкви и ее служите­лей. Художники Возрождения возвеличивали красоту человечес­кого тела, утверждали гармоническое единство тела и духа.

Огромное значение этот переворот в сознании имел для зарож­дения науки нового времени. Средневековое низведение природы до положения низменного начала, конечно, не способствовало развитию опытного знания. Но если природа становится чем-то значимым для человека, если она не низменна, а величественна,

 

если, познавая природу, человек может извлечь для себя пользу, то к познанию надо всемерно стремиться. И наука сразу сделала для себя необходимые выводы: не в священных книгах, а в самой природе надо искать истину; человек должен подчиняться не ав­торитету древних, а авторитету опыта и разума; не молитва, а знание дает силу человеку.

И, наконец, из нового взгляда на природу был сделан вывод о естественных и потому неотъемлемых правах человека, вывод, который имел революционное значение в борьбе с феодальным строем.

Однако представление о единстве человека и природы скоро вступило в противоречие с развитием производительных сил ка­питалистической формации, на базе которого начал формировать­ся принцип господства человека над природой. Но это уже свя­зано с переходом на новый этап взаимодействия общества и при­роды.

Промышленная революция XVIII в. в Англии — начало нового, третьего этапа во взаимоотношении общества и, соответственно, человека с природой. Именно в результате промышленной револю­ции “буржуазия,— как отмечали К. Маркс и Ф. Энгельс в “Манифесте Коммунистической партии”,— менее чем за сто лет своего классового господства создала более многочисленные и бо­лее грандиозные производительные силы, чем все предшествовав­шие поколения, вместе взятые” . Машинное производство позво­лило буржуазии подчинить сельское хозяйство промышленности, деревню — городу, заменить консервативную техническую базу революционной и в небывалой степени развить производительную силу труда. Но этот колоссальный переворот в производстве, ко­торый заложил принципиально новые материально-технические основы для развития человеческой цивилизации, происходил в ка­питалистической форме — в форме эксплуатации капиталом наем­ного труда, в форме погони за прибавочной стоимостью, конку­рентной борьбы, колониальных захватов, втягивания всех стран в мировой капиталистический рынок и т. д.

Поэтому процесс взаимодействия общества с природой здесь с самого начала принял глубоко противоречивый, антагонистический характер. С одной стороны, на несколько порядков возросли воз­можности преобразовательной деятельности общественного чело­века. Технический прогресс все более увеличивал его могущество, силу его воздействия на природу. Все это порождало справедливое убеждение в неограниченных возможностях разума и труда в деле преобразования природы и ее использования в интересах челове­ка. Люди стали горделиво утверждать, что они господствуют над природой и что по мере развития науки и техники это господство будет все более возрастать. Но за успехами терялась другая, от­рицательная сторона используемой технологии. Дело в том, что технология машинного производства весьма расточительна и вредна для окружающей среды. Чрезвычайно низкий коэффициент полезного действия энергетических машин, при котором 80—90 % энергии рассеивается в пространстве; нерациональное использова­ние сырья, когда значительная его часть уходит в отходы; созда­ние множества вредных для биосферы веществ и как следствие всего этого загрязнение среды — таковы наиболее очевидные ре­зультаты машинного производства.

Однако, повторяем, до поры до времени, пока промышленное производство в масштабах планеты использовало сравнительно не­значительные количества вещества и энергии, отрицательные сто­роны технологии производства рассматривались как необходи­мость, с которой следует мириться; выигрыш был несопоставим с отрицательными последствиями, тем более что значительную часть отходов производства природа естественным образом перерабаты­вала и нарушения нормального протекания процессов в биосфере были не очень заметны, носили сугубо локальный характер.

Мы пока отвлекались от социального фактора. Однако извест­но, что отношение к природе определяется не только характером используемой технологии производства, но и его социально-эконо­мической формой. Капитализм подходит к природе только как к предмету, который может быть использован для получения прибы­ли, то есть он включает природу в создаваемую им “систему все­общей полезности”. Природа для капитализма — источник ресур­сов, сырья, бездонный резервуар, куда можно сбрасывать все отхо­ды жизнедеятельности общества. Техника и технология оценивают­ся только с точки зрения их экономической эффективности, произ­водительности и т. п. критериев. Поскольку основным импульсом деятельности для капиталиста является стремление к прибыли, постольку интересы человека и природы оказываются за преде­лами его собственных интересов. Природа должна служить чело­веку (быть источником нужных для производства материалов), человек может “подчинять” себе природу, заставлять ее служить себе как источник прибыли — такова установка, которую выраба­тывает капитализм в отношении природы, установка, детермини­рованная самим характером капиталистического способа произ­водства. Эта установка проникла в общественное сознание. По ви­димости она возвышала человека над природой, по существу же ориентировала на безоглядное и бездумное использование приро­ды, на отношение к ней только как к объекту эксплуатации.

На практике такая установка вела к хищническому отношению к природе и ее богатствам, тем более опасному, что оно опиралось на возрастающее техническое могущество человека. Уже в XIX в. были истреблены полностью или подведены к грани вымирания многие виды животных и птиц. На огромных территориях были вырублены леса, что приводило к изменениям климата, обмелению рек, эрозии почвы и т. п. Началось загрязнение водоемов. Напри­мер, Ф. Энгельс отмечал, что река Вупперталь в Германии пре­вратилась в сточную канаву. Хищнически эксплуатировались месторождения полезных ископаемых: вырабатывались наиболее богатые залежи, а потом забрасывались.

Таким образом, еще в период восходящего развития капита­лизма начали проявляться негативные результаты его хозяйни­чанья на планете. Одновременно и с еще большей силой обнажи­лось хищническое отношение капитализма к человеку. Становле­ние капитализма стимулировало развитие работорговли и усиление крепостничества на его периферии; безжалостную эксплуатацию женского и детского труда, увеличение рабочего времени до физически возможных пределов, изнуряющую человека интен­сификацию труда. Капитализм породил и специфический закон народонаселения — наличие постоянной армии безработных. Оже­сточенная конкуренция заставляет капиталистов вводить все но­вую технику, повышать органический состав капитала, то есть за­трачивать в процессе расширенного воспроизводства все большую часть полученной прибыли на постоянный капитал, сокращая от­носительные затраты на рабочую силу. Так и получается, что ра­бочий сам создает средства, выталкивающие его в разряд относи­тельно избыточного населения.

В противовес теоретическим установкам и практике капита­лизма марксизм обосновал возможность гармоничного отношения и единства человека и природы, которое должно основываться не на примитивном включении человека в природу, а на развитии практической преобразовательной деятельности самого человека. В “Капитале” К. Маркс указывал, что в коммунистическом обще­стве создаются необходимые условия, при которых “коллективный человек, ассоциированные производители рационально регулируют этот свой обмен веществ с природой, ставят его под свой общий контроль, вместо того чтобы он господствовал над ними как слепая сила; совершают его с наименьшей затратой сил и при условиях, наиболее достойных их человеческой природы и адекватных ей”. Только рационально организованное общество, подчиняющее раз­витие производительных сил единому общему плану, сможет “уст­ранить нынешнее отравление воздуха, воды и почвы”. Тем самым марксизм выработал принципиально новую точку зрения, новый подход к проблеме взаимоотношения общества и природы, под­ход, все значение которого можно в полной мере оценить лишь в настоящее время, в свете современных экологических и демо­графических коллизий и проблем.

Количественное нарастание порожденных капитализмом тен­денций во взаимоотношении общества и природы привело в сере­дине XX в. в условиях начавшейся научно-технической револю­ции к качественному изменению. Общий кризис капитализма вы­ражается в возникновении кризисной ситуации и в этой сфере — в энергетическом, сырьевом кризисах, в нехватке пресной воды и угрожающей загрязненности гидро - и атмосферы. Все эти процес­сы, как мы уже говорили, приобрели глобальный характер и полу­чили общее название экологического кризиса. Таковы итоги хо­зяйничанья капитализма на планете. Следовательно, не только противоречия внутри капиталистического способа производства, но и противоречия капиталистического общества с природными ус­ловиями существования человечества свидетельствуют об устаре­лости этой социально-экономической системы, о назревшей необхо­димости ее замены более совершенным и отвечающим современ­ным потребностям общественным строем — социализмом.

Это, конечно, не значит, что капитализм не пытается найти вы­хода из создавшейся ситуации. В настоящее время буржуазные ученые ищут способы разрешения или по крайней мере смягчения последствий экологического кризиса. Поток работ, содержащих подсчеты, прогнозы, предупреждения, все нарастает. Мировой ре­зонанс приобрели, в частности, результаты исследований, возглав­лявшихся Дж. У.Форестером и супругами Д. X. и Д. Л. Медоуз, а также публикации так называемого “Римского клуба”.

Качественные изменения в отношении общества к природе, ко­торые обнаружились в последнее время, и те новые глобальные проблемы, которые возникли перед человечеством, существенно изменили ситуацию в идейной сфере. Несколько иным стал сам характер отражения этих проблем в буржуазной науке, что, ко­нечно, нельзя не учитывать в идеологической борьбе.

В спектре мнений, получивших распространение в буржуазной литературе, наибольший интерес представляют две противополож­ные по своей тональности точки зрения: первая сводится к тому, что капиталистические организации обладают достаточными внут­ренними потенциями, чтобы решить проблемы охраны среды с помощью государственного регулирования, соответствующей поли­тики цен, налогов и т. д.; вторая же с той или иной мерой последо­вательности и ясности дает понимание того, что решение экологи­ческих и демографических проблем в глобальном масштабе воз­можно только на основе планомерной организация социальной жизни. Конечно, почти во всех случаях высказывания приверженцев второй точки зрения не носят прямого антикапиталистического смысла, но их объективное содержание и направленность именно таковы.

Принятое в философской -литературе деление различного ро­да футурологических учений и взглядов на перспективы развития общества, распространенных в капиталистических странах, на пес­симистические и оптимистические не дает четкой характеристики их социальной сути. Так, пессимистические теории могут выра­жать и критическую и апологетическую по отношению к капита­лизму позицию, равно как оптимистические — веру в способность капитализма решить эти проблемы или же, наоборот, надежду на то, что сама острота глобальных проблем заставит людей заду­маться над действительными путями и средствами их решения. Правильная оценка современных буржуазных теорий и учений требует, таким образом, содержательного анализа реальных кол­лизий современной действительности и позиции того или иного ученого, отражающего эти коллизии. Дифференцированный подход к буржуазным теориям особенно важен для того, чтобы поддер­жать позицию реалистически мыслящих, хотя и весьма далеких от марксизма, западных ученых (таких, скажем, как М. Месарович, Е. Постель, А. Печчеи, А. Кинг), выступающих за разреше­ние возникающих перед человечеством проблем в рамках сотруд­ничества различных систем, совместного поиска путей, отвечаю­щих интересам человечества.

Буржуазная наука ныне пытается придать своим концепциям практическую направленность: строятся глобальные модели взаи­модействия человека, производства и природы, рассчитываются с помощью современной вычислительной техники действующие фак­торы и вырабатываются соответствующие практические рекомен­дации. Оценка значения, обоснованности, реалистичности подоб­ных рекомендаций, вычленение в них рационального зерна стано­вится существенным компонентом критического анализа этих кон­цепций с позиций марксизма. И все же главным остаются идеоло­гические аспекты такого анализа, поскольку разработка глобаль­ных моделей органически связана с необходимостью четкого опре­деления тех философских и социологических принципов, которые закладываются в их основание. Недооценка или пренебрежитель­ное отношение к философско-социологическим и методологическим основаниям глобальных моделей, как показывает опыт их разра­ботки на Западе, не может не сказаться на их качестве. Во всех этих случаях встают уже не только чисто практические, но и су­щественные для решения практических задач философские, мето­дологические и идеологические проблемы.

     Поэтому анализ предполагает раскрытие несостоятельности капитализма в решении глобальных проблем, его неспособности справиться с возникшими трудностями и обоснование того, что в современных условиях единственно возможной социальной базой для решения глобальных проблем является социализм, междуна­родное сотрудничество в обстановке разрядки международной на­пряженности.

Научно-техническая революция — грандиозный переворот в производительных силах современного общества. Она знаменует начало нового этапа во взаимодействии общества и природы. Нача­ло, как мы видели, весьма драматическое. Техника, порождаемая научно-технической революцией, казалось бы, лишь усиливает те тенденции в отношении общества к природе, которые возникли на стадии индустриального развития. Действительно, среда ныне за­грязняется отходами не только промышленного производства, но и радиоактивными веществами. В небывалых масштабах произво­дятся гербициды, пестициды, которые не растворяются, а мигриру­ют по всему миру, отравляя среду. Начинают производиться раз­личные искусственные материалы, которые сама природа перера­ботать не может. Колоссально вырастает объем производства, а следовательно, использование природных ресурсов. Короче гово­ря, именно техника, порожденная новой революцией в производи­тельных силах, явилась той “добавкой”, которая “переполнила чашу” и вызвала кризисную ситуацию во взаимоотношении при­роды и общества.

Эта кризисная ситуация свидетельствует о том, что полностью исчерпал себя старый тип отношения природы и общества, что че­ловечество созрело для перехода на новый этап взаимодействия с природой. Суть нового этапа состоит в практическом преодолении отрыва человека от природы и противопоставления общества при­роде, в утверждении их единства на основе формирования новой системы, включающей в себя и производство и природные про­цессы, и жизнедеятельность человека и условия этой жизнедея­тельности.

Основоположники марксизма-ленинизма предвидели наступле­ние такого этапа, утверждение нового типа взаимодействия при­роды и общества. Его особенности сводятся к следующему:

1. Научное предвидение не только ближайших, но и отдален­ных последствий действий человека. Применительно к взаимодей­ствию с природой это означает, что общество обязано предвидеть последствия тех изменений, которые оно своими действиями вызы­вает в природе. Например, вводя новую технику, следует учиты­вать не только ее экономическую эффективность, но и экологиче­ские параметры. Строительство предприятий, энергосистем, оро­шение, мелиорация, генная инженерия и многое другое должно оцениваться комплексно и по своим отдаленным последствиям, чтобы не нанести непоправимого ущерба окружающей природе и самому человеку. Это обстоятельство служит основанием для раз­вития интеграционных процессов в науке, ибо оценка экологиче­ских параметров любых человеческих действий не может не носить комплексного характера.

2. Сознательное регулирование обмена веществ между общест­вом и природой. Научное предвидение последствий человеческих действий для самой природы и есть необходимая предпосылка та­кого регулирования и контроля. Но одного знания недостаточно — необходимы практические действия и соответствующая система организации общества.

3. Утверждение нового типа взаимодействия с природой связа­но с переходом к коммунистической формации и представляет собой необходимый аспект этого перехода.

Скачок из царства необходимости в царство свободы означает не только утверждение контроля людей над своими собственными общественными отношениями, но и сознательное регулирование отношений общества и природы. Более того — это два аспекта од­ного и того же процесса становления нового типа общественного прогресса, сознательного творчества истории. Невозможно регули­ровать отношения между людьми, не регулируя соответственно их отношения с природой. И, напротив, нельзя регулировать и конт­ролировать обмен веществ с природой, если общество развивается стихийно, если оно раздирается внутренними антагонизмами. По­этому тезис о необходимости перехода к новому типу взаимодей­ствия с природой является составной частью марксистской концеп­ции перехода от капитализма к коммунизму.

Новую теоретическую установку по отношению к природе марксизм выработал задолго до возможности ее практической реа­лизации. Эта установка внутренне присуща природе социализма, но реализация ее в конкретных условиях строительства нового общества оказалась делом весьма сложным.

Советская страна, первой начавшая прокладывать дорогу к социализму, в экономическом отношении сильно отставала от раз­витых капиталистических стран. К тому же она была разорена империалистической и гражданской войнами, экономической и военной блокадой капитализма, неурожаями и другими внутрен­ними бедствиями. Вырваться из отсталости, преодолевая сопро­тивление враждебного капиталистического окружения, можно было только при ориентации на невиданные темпы развития экономики, на мощное и ускоренное развитие в первую очередь тяжелой про­мышленности — необходимой основы индустриализации и техни­ческого прогресса. В этих условиях проблемы охраны природы отошли, естественно, на второй план.

Кроме того, состояние науки, в частности неразработанность ряда экологических проблем, создавало возможность для субъективистских ошибок в деле установления гармоничных отно­шений между развивающейся промышленностью и средой оби­тания.

В силу этих обстоятельств экологические проблемы возникли и в СССР. Но, как показывает практика, они не столь остры, как при капитализме, и объясняются совсем другими причинами. Кол­лизии между интересами толстосумов и жизнью настоящих и бу­дущих поколений здесь нет и быть не может.

Когда социализм в нашей стране укрепился, и особенно когда он достиг стадии зрелости, проблема упорядочения отношений между обществом и природой стала одним из важных направле­ний государственной политики и общественной деятельности. Только в десятой пятилетке государственные ассигнования на ме­роприятия по охране окружающей среды составили громадную сумму в II млрд. рублей. Дело, однако, не только в количестве от­пускаемых средств, но и в их направленности. Истинная природа социализма проявляется в том, что он не ограничивается обеспе­чением потребностей сегодняшнего дня, а заботится об осуществ­лении перспективных социальных целей, о благе не только живу­щих, но и будущих поколений.

Предвидения основоположников марксизма-ленинизма об ус­тановлении гармоничных отношений человека и природы в полной мере наполняются реальным и конкретным содержанием в усло­виях соединения научно-технической революции с социализмом. Впервые в истории люди, объединенные в общество, могут опе­реться в процессе своего обмена веществ с природой на соединен­ную мощь трех социальных факторов:

на социалистическую собственность — объективную основу гармоничных отношений между людьми;

на бурно развивающуюся науку, служащую интересам всех трудящихся;

на мощную и все усиливающуюся материально-техническую базу, обеспечивающую в принципе бесконечный рост могущества человека.

Практика социалистического строительства, реализующая пред­видения установления гармоничных отношений с природой, имеет поэтому всемирно-историческое значение.

Что же дает соединение преимуществ социализма с достиже­ниями научно-технической революции для решения современных экологических проблем?

Возникая из недр капитализма, социалистическое общество первоначально базируется на технике, созданной капитализмом, со всеми ее достоинствами и недостатками. Химический завод за­грязняет воду и воздух и при капитализме и при социализме. По­строенная на реке плотина воздействует на водный режим, на воспроизводство рыбных запасов независимо от социальных усло­вий. Используемые в сельском хозяйстве ядохимикаты имеют оди­наковые и положительные и отрицательные результаты всюду, где бы они ни применялись. Короче говоря, технология действует в соответствии с заложенными в ней естественными закономерно­стями.

Техника и технология, порождаемые научно-технической рево­люцией, первоначально, казалось бы, продолжают тенденции, ха­рактерные для предшествующего этапа развития производитель­ных сил, лишь многократно их усиливая. Электростанция, рабо­тающая на угле, выбрасывает в атмосферу огромное количество дыма и пыли. Атомная электростанция дает уже гораздо более опасные радиоактивные отходы. Химия полимеров создает веще­ства, которые природа сама растворить не может, то есть не мо­жет без помощи человека справиться с вызываемым ими загряз­нением. Применительно к сельскому хозяйству с научно-техни­ческой революцией связано производство в огромных масштабах искусственных удобрений и ядохимикатов, внесение которых вы­зывает ряд вредных последствий не только для природы, но и для человека.

Буржуазное сознание, опираясь на эти факты и абсолютизируя их, впадает в пессимизм, порождает настроения безысходности. Но, предупреждая человечество о нависших угрозах и даже под­нимая тревогу по поводу вредных технологий и препаратов, опас­ных экспериментов в военной области (атомные испытания и т. д.), прогрессивные ученые всего мира в то же время полностью осознают, что современная техника заключает в себе принципиаль­но новые возможности, что она не только может быть направлена на глобальное уничтожение жизни и условий для нее, но и откры­вает перспективу кардинального решения экологических проблем в интересах общества. Однако осуществить это на практике можно только в определенных социальных условиях. По мере своего рос­та именно социализм оказывается в состоянии создать такую про­изводственную систему, которая способна материально-практиче­ски реализовать единство общества и природы.

Капитализм, как известно, тоже пытается решать экологиче­ские проблемы, опираясь на достижения современной науки и техники. Но, вызвав к жизни и колоссально развив производи­тельные силы, он и сегодня продолжает подчинять их функциони­рование и развитие эгоистическому частнокапиталистическому ин­тересу — стремлению к прибыли. Борьба за прибыль, жестокая конкуренция с необходимостью порождают ограниченно-потреби­тельское отношение к природе, нежелание считаться с интересами всего общества и самой природы. И дело тут не в злой воле от­дельных индивидов, а в самой природе частнособственнического

общества, в котором нет и не может быть единства общего и част­ного интереса.

Преимущество социализма в этой области человеческой жиз­недеятельности состоит в том, что он ликвидирует антагонизм между частным интересом, определяющим при капитализме раз­витие производства, использование достижений научно-техниче­ской революции, и общественным интересом, общечеловеческой не­обходимостью сохранять среду обитания людей. В результате со­циализм создает принципиально новую основу для развития науки, для разработки технических средств и такого использования их в производстве, которое соответствует потребностям утверждения единства общества и природы, сознательного регулирования обме­на веществ между ними.

Значение науки в этих социальных условиях возрастает, ибо только она может разработать прогнозы ближайших и более отда­ленных последствий человеческих действий и соответственно обосновать установление запрета на некомпетентное вмешатель­ство в природные процессы, а также найти и наметить пути создания техники, отвечающей не только требованиям экономи­ческой эффективности, но и экологическим параметрам и индика­торам.

Вопросы взаимодействия общества и природы носят комплекс­ный характер, и в их решении должны участвовать естественные, технические и общественные науки. И здесь преимущества на стороне социализма, ибо общественная социалистическая собст­венность и преодоление частных интересов создают благоприят­ные условия для интеграции наук и комплексного использования результатов их исследований в самых широких масштабах.

Проблема эта весьма сложна и многообразна, и здесь, видимо, возможны самые различные конкретные решения. Но уже в на­стоящее время ученые, определяя перспективы развития техники, отвечающей экологическим целям, намечают два эффективных пути борьбы с загрязнением среды: создание безотходного произ­водства, а в тех отраслях, где это невозможно, разработка локали­зованных технических систем, включающих биологические звенья, завершающие процесс утилизации отходов. Предлагаются и раз­личные технические решения проблемы ресурсов, энергетических проблем, проблемы увеличения производства пищи и т.д. Не вда­ваясь в подробности, мы обращаем внимание лишь на принципи­альную сторону вопроса — на возможность и необходимость в ус­ловиях социализма технического развития на качественно новом уровне, отвечающем принципам и нормам нового этапа взаимодей­ствия природы и общества. Речь идет о создании техники, которая, приспосабливая природу к нуждам и потребностям человека, в то же время сохраняет ее как естественную предпосылку человеческого существования. Считаться с этой стороной дела человечество заставляет сама история.

Если брать общетеоретический аспект данной проблемы, то су­щество здесь заключается в следующем. История общества есть продолжение истории природы. Возникновение общества означало появление новой, социальной формы движения материи. Эта выс­шая форма движения опирается на низшие формы и их закономер­ности, “подчиняет” их себе, включает в себя, но не сводится к ним. В то же время закономерности высшей формы не отменяют зако­номерностей низших форм. Более того, стабильность низших форм является условием существования высших. В той иерархии матери­альных систем и форм организации материи, благодаря которым возможно само существование человеческого общества, высшее включает в себя низшее. Но применительно к взаимоотношению природы и общества важное значение имеет факт фундаменталь­ности низшего для высшего, в силу чего нельзя допускать необра­тимых процессов в биосфере, которые могли бы привести к дегра­дации и дезорганизации естественных основ существования чело­века и общества.

К таким последствиям могут вести и углубление экологическо­го кризиса и ядерная война. И то и другое исключают социалисти­ческие отношения. Поэтому переход к социализму становится все более настоятельной потребностью для общества. В условиях же сосуществования двух систем важнейшее значение приобретает борьба за предотвращение мировой войны, за разрядку междуна­родной напряженности, за разоружение и организацию междуна­родного сотрудничества в изучении и решении глобальных (эко­логических, демографических и др.) проблем, поскольку многие из них вообще не могут решаться в региональных рамках. Социа­лизму здесь принадлежит историческая инициатива и в том смыс­ле, что экологические проблемы в этой системе не достигли той степени остроты, как при капитализме, и в том, что он прилагает огромные усилия для охраны природной среды и рационального использования природных ресурсов, и, наконец, в том, что он вы­ступает знаменосцем мира и прогресса на нашей планете.

Социализм берет на себя историческую миссию формирования нового типа взаимодействия общества с природой, преодоления их прежнего противопоставления друг другу и утверждения их единства. С общесоциологической точки зрения речь, по существу, идет о новой системе регуляции, контроля и управления со сто­роны общества процессом его обмена веществ с природой. Мы бы назвали это системой экологического управления.

Для регулирования общественных отношений при социализме формируется система социального управления — организационное выражение и средство сознательного творчества истории. Как дополнение этой системы или ее существенный компонент для ре­гулирования отношений с природой, видимо, будет формироваться система экологического управления. Его особенность состоит в том, что оно функционирует в сфере взаимодействия социально-экономических, технологических и естественных (природных) процессов. Наличие такой сферы управления методологически можно обосновать с позиций системного подхода. Действительно, общество, как и естественные условия на Земле (географическая среда), является системой. Причем географическая среда включа­ет в себя материальные результаты человеческой деятельности и самого человека. То, что иногда выделяют в качестве техносферы, в этом смысле есть часть географической среды. Встречающиеся среди географов возражения против такого подхода несостоятель­ны, так как речь идет не о чем ином, как лишь о рассмотрении материальной деятельности человека и ее результатов под углом зрения их последствий для окружающей среды. Настоятельная не­обходимость такой оценки человеческой деятельности и ее резуль­татов ныне не вызывает никаких сомнений.

Думается, однако, что если ставится в качестве практической задача сознательного управления взаимодействием природы и об­щества, то необходимо выделение сферы их взаимодействия в ка­честве особой системы. Видимо, эта сфера и явится всесторонним и конкретным воплощением того, что в свое время В. И. Вернад­ский назвал ноосферой, где устанавливается в глобальных мас­штабах разумное гармоничное отношение между обществом и при­родой.

Подведем общий итог. Развитие отношений между обществом и природой имеет диалектический характер. На заре своего суще­ствования человек был почти слит с природой. Это было первона­чальное и примитивное единство, когда человек материально пол­ностью зависел от природы, а духовно не выделял себя из нее. Такова первая ступень.

Но это примитивное единство отрицается с возникновением скотоводства и земледелия — первых форм активного преобразо­вания человеком природных условий его существования, с возник­новением ремесла и т. д. Человек начинает все более выделяться из природы. Этот "процесс с самого начала был внутренне проти­воречивым. С одной стороны, человек втягивает в свою хозяйст­венную деятельность все новые элементы и силы природы и тем самым устанавливает с ней все более многосторонние связи. С дру­гой — он все более отдаляется от природы, замыкаясь в создавае­мой им искусственной среде. Преобразуя природу, человек приспо­сабливал ее к своим потребностям и считался при этом со своими интересами, а не с тем, какие последствия его действия имеют для самой природы.

С возникновением капиталистической промышленности, изме­нением технической базы сельскохозяйственного производства, развитием процессов урбанизации отделение человека от природы доходит до крайности, до прямого противопоставления, до резкой противоположности. Господство над природой оборачивается ее разрушением, вовлечение в хозяйственный оборот все большей массы вещества и видов энергии — расхищением ее богатств, от­деление человека от природы — их отчуждением. Все эти противо­речия концентрируются в тех экономических, экологических, де­мографических коллизиях и проблемах, которые, властно ставят перед человечеством задачу ликвидации капитализма как предпо­сылки и условия кардинального решения этих проблем. Такова вто­рая ступень.

Задачей третьей ступени является преодоление отрыва обще­ства от природы, восстановление их единства на основе достиже­ний всего предшествующего развития. Соединение достижений научно-технической революции с социалистическими обществен­ными отношениями создает необходимые условия и предпосылки для установления гармоничных отношений человека и природы на новой, социальной, технической и научной основе. Восстановление единства общества и природы означает здесь не господство чело­века над природой и не подчинение его природе, а установление гармоничных отношений между обществом и природой, при кото­ром сама природа становится моментом планомерного, рациональ­но организованного процесса жизнедеятельности общества.





 
polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.