ВВЕДЕНИЕ. - История и теория классического скептицизма - Д.А. Гусев - Философия как наука - Философия на vuzlib.su
Тексты книг принадлежат их авторам и размещены для ознакомления Кол-во книг: 64

Разделы

Философия как наука
Философы и их философия
Сочинения и рассказы
Синергетика
Философия и социология
Философия права
Философия политики

ВВЕДЕНИЕ.

Оригинальность и философская незаурядность классического скептицизма заключается прежде всего в том, что он как направление мышления выступил в истории философии в наиболее завершенной форме. Скептицизм бывает частичным и полным. Первый постоянно присутствовал в философском сознании и играл инструментальную или методическую роль, являясь в конечном счете только элементом каких-либо положительных построений.

Второй, напротив, выступал самостоятельно и ставил радикальное сомнение в любых положительных системах мысли своей всеобщей, фундаментальной целью.

Частичный скептицизм, представляющий метод установления, расширения и углубления неких позитивных данных, не является предметом настоящего исследования. Поскольку тип и качественную определенность скептицизма, как такового можно установить, рассматривая последний в качестве самостоятельного философского направления или школы, то предмет данного исследования составляет полный или абсолютный скепсис. Иными словами, установить - что такое собственно скептицизм, в чем его философская самость или специфика, возможно, если обратимся только к его чистой, завершенной или полной форме.

Поскольку предметом исследования является абсолютный скептицизм, необходимо отметить, что реально подобный тип скепсиса история философской мысли явила только единожды. Речь идет об античном скептицизме. То есть именно в нем выразился искомый в настоящем исследовании предмет; поэтому последний можно конкретизировать, обозначив античный скепсис объектом внимания данной работы.

Под античным скептицизмом следует понимать древнегреческий скепсис. Древний Рим в силу собственной историко-политической, социальной и духовной специфики не создал ничего принципиально нового в области философии. Римская любовь к мудрости оказалась исключительно заимствованием и обычным компилированием оригинальных греческих идей. Рим был чужд философии в подлинном смысле данного слова. Поэтому мир получил философское наследие прежде всего благодаря существованию греческой цивилизации.

Полный скептицизм, появившись в III в. до н.э. в лице философского учения Пиррона эволюционировал до II-III вв. н.э. и нашел завершение в философии последнего известного нам скептика и наиболее значительного представителя данной школы - Секста Эмпирика. Последний является единственным представителем скептической философии, сочинения которого дошли до нас. Кроме того, Секст Эмпирик явился последним скептиком, и его творчество оказалось итогом, результатом всей эволюции древнего скептицизма.

Наконец, именно скептицизм Секста Эмпирика принципиально отличается от скепсиса его предшественников, представляющего в конечном счете видоизмененные, но старые по содержанию идеи. Секст придал завершенность и полноту философскому скепсису, распространив его сомнение и на собственные построения. Именно у Секста Эмпирика скептицизм обретает оригинальную, содержательно-аутентичную форму. Таким образом, философский скепсис возможно, и необходимо реконструировать на основе сочинений Секста Эмпирика.

Возможно утверждать, что проблема познания появилась одновременно с рождением философии. Знаменитые слова Пифагора, произнесенные в беседе с флиунтским тираном Леонтом и условно знаменующие появление философии (1), достаточно четко обрисовывают гносеологическую проблематику: разум не всесилен, у познания существуют границы, и определение последних является одной из основных задач философии.

Скептицизм, который, вследствие гносеологической направленности, должен представлять непреложный интерес, никогда не находился в центре внимания, не привлекал исследователей и поэтому остался совершенно неизученным.

Причина данного обстоятельства, думается, заключается в том, что скептицизм, по меткому замечанию Гегеля, враждебен мысли (2). Мышление всегда стремится к каким-нибудь результатам, к какому-либо постулированию и установлению. Поэтому скептицизм всегда оказывался непонятным для мышления, и исследовательская мысль никогда не жаловала его вниманием. Но неизученное является, как правило, непонятным, или понимается неправильно. Последнее порождает неверные оценки и ошибочные выводы.

Например, скептицизм часто рассматривается в качестве отрицательного догматизма, как нечто родственное агностицизму, релятивизму или даже тождественное им. Конечно, скептицизм в определенной мере причастен агностицизму и релятивизму, но из данного факта нельзя делать вывод об их тождественности. Определенный  тип  мышления потому и называется скептицизмом, чтобы показать его отличие от агностицизма, установить его самость, качественную определенность, выявить в нем специфические черты, которые делают его именно скептицизмом, а не агностицизмом или релятивизмом.

Часто не разграничивается полный и частичный скептицизм и, вместо того, чтобы видеть их существенные различия, экстраполируют признаки последнего на первый, в результате совершенно искажая его содержание.

Как правило, всегда пытаются обвинить скептицизм в непоследовательности, найти в нем внутренние противоречия и апории, совершенно не замечая, что скепсис прекрасно знает подобного рода возражения и без труда с ними справляется.

Более того, почти всегда скептицизму приписывают положения, которые он вообще никогда не утверждал. Превратных интерпретаций и негативно-оценочных упоминаний о скептицизме немало. Таким образом, делаются необоснованные выводы о бесплодности и научной несостоятельности скептицизма.

Неудивительно, что подлинная сущность скепсиса, объективное его содержание никогда не улавливались; вместо них выдвигались произвольные и необоснованные суждения, выдававшие желаемое за действительное. Вышеуказанное положение дел составляет причину появления настоящего исследования скептицизму.

Целью исследования является установление содержательной аутентичности античного скептицизма, определение специфики данного феномена, особенностей скептической мысли, ее внутренней исключительности и философской незаурядности, которые и определяют противостояние и принципиальное отличие скепсиса от традиционных типов и форм философского мышления. Поставленная цель предполагает решение следующих основных задач:

- выяснить круг источников наших сведений об античном скептицизме и проследить его историографию;

- выявить идейные и исторические предпосылки эллинского скепсиса;

- рассмотреть историко-философскую эволюцию греческого скептицизма от отдельных его тенденций и проявлений в допирроновой философии до оформления его в самостоятельную философскую школу, проследить дальнейшую эволюцию скептицизма как автономного философского направления от Пиррона до Секста Эмпирика и обозначить контуры его исторических судеб;

- на основе рассмотрения сочинений Секста Эмпирика проанализировать аксиологию греческого скепсиса в качестве его основной философской предпосылки;

- опираясь на философские трактаты Секста Эмпирика, реконструировать общую систему античного скептицизма в онтологическом, гносеологическом и антропологическом аспектах;

- анализируя учение Секста Эмпирика о тропах воздержания от суждения, показать специфичность скептической гносеологии, построенной на принципе изостении, особенности праксиологии скепсиса, базирующейся на феноменализме;

- на основе изучения теоретического скептицизма Секста Эмпирика показать парадоксальность этического учения греческих скептиков;

- рассмотреть взаимодействие изостении и феноменализма в рамках эллинского скептицизма и исследовать вытекающий из данного взаимодействия этико-психологический эффект греческого скепсиса;

- с помощью изучения взаимосвязи и взаимовлияния основных философских разделов античного скептицизма выявить степень его диалектичности и философской актуальности;

- определив наиболее существенные черты и качественную определенность греческого скептицизма, привести его характеристику как формы или типа философского мышления;

- отвлекаясь от эллинского скепсиса как наивысшей формы проявления философского скептицизма, показать место последнего в общем контексте человеческого духа, а также роль и значение скептицизма в мировой философии.

Научно-историческая и философская литература об античном скептицизме крайне бедна. Если в последние три столетия зарубежная литература явила несколько наименований научных трудов по данной тематике (3), в отечественной литературе за этот период не существовало ни одного монографического исследования, посвященного изучению античного скептицизма. Последний упоминался фрагментарно и, по большей части, формально в учебной и справочной философской литературе, в некоторых монографиях общего или обзорного философского характера (4). Исключение составляет большой раздел о греческом скептицизме в фундаментальном произведении А.Ф. Лосева «История античной эстетики» (5).

Последний никогда не находился в центре исследовательской мысли и довольно мало волновал ее, почему и остался совершенно неизученным. Как правило, при изложении греческого скепсиса упоминались имена философов-скептиков, говорилось о трех знаменитых вопросах Пиррона и излагались тропы Секста Эмпирика. Причем все подобные упоминания носят формально-констатирующий характер, и почти лишены какого-либо исследования или анализа. При этом в большинстве случаев делались выводы о скептицизме как направлении близком и даже тождественном релятивизму и агностицизму. Часто античный скептицизм расценивался как настроение эпохи или ее психологическая мода, но не как самостоятельное направление мысли, а философская актуальность и даже состоятельность греческого скепсиса часто ставилась под большое сомнение.

Таким образом, действительное, всестороннее и глубокое исследование античного скептицизма до сих пор остается существенным научным пробелом и настоятельной историко-философской задачей.

Теоретической и источниковедческой базой данной монографии послужили прежде всего философские трактаты Секста Эмпирика «Три книги пирроновых положений» и «Против ученых», знаменитое сочинение Диогена Лаэртского «О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов», упоминания о греческих скептиках и их воззрениях в трудах Цицерона, Плутарха, Евсевия Кесарийского, Авла Геллия, Лактанция и Августина Блаженного (6).

При рассмотрении идейных и исторических предпосылок античного скептицизма и его эволюции в допирроновой философии привлекались знаменитое собрание фрагментов философов-досократиков Германа Дильса и некоторые сочинения Платона и Аристотеля.

Исследованию подверглись упоминания об античном скептицизме в трудах П. Гассенди, М. Монтеня, Ф. Бэкона, Р. Декарта, Д. Юма, И. Канта, Ф. Гегеля, Л. Фейербаха и других философов Нового и Новейшего времени (7). Значительное внимание уделено произведениям немецких ученых второй половины XIX века, основательно изучавших греческий скептицизм преимущественно с точки зрения классической филологии - Целлера, Наторпа, Паппенгейма, Гедекемейера, Шульца, Рихтера и других.

Привлекались и упоминания об античном скептицизме отечественных философов: А.И. Герцена, С.Н. Трубецкого, В.С. Соловьева, Г.Г. Шпета, А.Ф. Лосева, А.Н. Чанышева, В.М. Богуславского, Д.В. Джохадзе, В.Ф. Асмуса, А.С. Богомолова и других.

 





 
polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.