Субъект-автор - Введение к изучению философского наследия Фуко - Неизвестен - Философы и их философия - Философия на vuzlib.su
Тексты книг принадлежат их авторам и размещены для ознакомления Кол-во книг: 64

Разделы

Философия как наука
Философы и их философия
Сочинения и рассказы
Синергетика
Философия и социология
Философия права
Философия политики

Субъект-автор

“Что такое автор?” [на русском языке — 1996]

1. Как и в “Археологии знания” в короткой статье “Что такое автор?” Фуко рассматривает проблему авторства, отсылающую к особенной форме индивидуализации в истории идей, знаний, наук и т.п. Согласно Фуко, вопрос об авторе — это один из возможных вопросов о субъекте.

2. Имя автора выполняет определенную роль по отношению к дискурсам. Оно позволяет классифицировать тексты, группировать их, разграничивать, приводить в определенное отношение между собой. Имя автора не идет изнутри некоторого дискурса к реальному и внешнему индивиду, который его произвел, но оно стремится как бы на границу текстов и отделяет, например, тексты Гиппократа от текстов других авторов.

3. В современной цивилизации Запада не все дискурсы наделены авторской функцией. Таковы, например, частные письма, контракты, анонимные тексты. Авторская функция характерна лишь для существования вполне определенных дискурсов. Рассматривая тему автора книги, Фуко выделяет четыре характерные черты авторской функции.

4. Во-первых, авторская функция свидетельствует о том, что дискурсы являются объектами присвоения. Исторически, прежде чем стать собственностью, дискурс был жестом, связанным с риском. Автор лишь постольку был собственником дискурса, поскольку он мог быть наказан за него, то есть был неким автором-преступником. Лишь на рубеже 17—18 столетий, когда были разработаны законы об авторском праве, об отношениях между автором и издателем и т.п., автор превратился из преступающего в собственника, а возможность преступания была отведена литературе.

5. Во-вторых, авторская функция не отправляется для всех дискурсов одинаковым образом. До 17—18 веков тексты, которые сегодня бы назвали “литературными” (эпосы, рассказы, сказки, трагедии, комедии) вполне могли оставаться анонимными, тогда как “научные” тексты (сочинения по космологии, медицине и т.д.) несли в себе истинность, лишь, если обладали именем автора (Плиний, Гиппократ). После 17—18 веков все изменилось. Теперь научные дискурсы стали признаваться благодаря самим себе, а литературные — лишь, если они обладают авторской функцией. С этим связана невыносимая для современной эпохи литературная анонимность.

6. В-третьих, авторская функция является результатом сложной операции, которая констатирует некое разумное существо, называемое автором. То, что в индивиде обозначается как автор, на самом деле есть проекция некоторой обработки, которой подвергают тексты. С точки зрения критики, существуют четыре критерия, на основании которых текст соотносится с определенным автором: (1) постоянный уровень всех текстов, (2) их теоретическая связность в неком едином поле, (3) стилистическое единство, (4) совпадение в историческом времени.

7. В-четвертых, авторская функция может дать место одновременно лишь многим Эго, многим позициям-субъектам, которые могут быть заняты различными классами индивидов. Например, Эго, которое указывает на обстоятельства написания математического трактата в предисловии к нему, — не то же самое Эго, что говорит в ходе теоретических доказательств и обозначает себя через высказывания “я заключаю” или “я предполагаю”. И оба они отличаются от третьего Эго, которое может сообщать о смысле всей работы, о ее результатах и задачах на будущее, и которое располагается в поле тех математических дискурсов, что уже существуют или должны еще появиться.

8. Фуко сообщает, что в 19 веке в Европе появился особый тип авторов, которых можно назвать “основателями дискурсивности”. Таковы Маркс, Фрейд и т.д. Они создали не столько особые тексты, сколько возможности и правила для образования других текстов. Основать дискурсивность — это не то же самое, что основать науку или жанр. В отличие от основания науки установление дискурсивности не составляет части последующих трансформаций, но остается в стороне и над ними. Например, пересмотр текстов Галилея может изменить наше знание об истории механики, но саму механику изменить не может. Наоборот, пересмотр текстов Фрейда или Маркса может изменить самый психоанализ или самый марксизм.

9. В рамках общей археологической стратегии вопрос об авторе имел для Фуко одно из самых больших значений. Говоря о смерти автора, как и о смерти субъекта вообще, Фуко подвергает ревизии классический взгляд на субъекта-автора, то есть взгляд рефлексивной философии. Автор — это не метафизическая величина, не безусловная константа, это всего лишь функция, которая исполняется в тот момент, пока дискурс разворачивается в своей сверхчеловеческой мощи.





 
polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.