1. Природа – эйдос. - Творческое воображение воображения - С.А. Борчиков - Философия как наука - Философия на vuzlib.su
Тексты книг принадлежат их авторам и размещены для ознакомления Кол-во книг: 64

Разделы

Философия как наука
Философы и их философия
Сочинения и рассказы
Синергетика
Философия и социология
Философия права
Философия политики

1. Природа – эйдос.

Начну с примера. Было озеро. Оно подсыхало, засыхало, зарастало. Глядь – уже болото. Прошло ещё время, и болото исчезло, превратившись в торфяное поле. Болото – новое состояние озера, торфяное поле – новое по отношению к болоту.

Есть ли тут творчество? Пока ясно одно: здесь становление. А в становлении каждый последующий шаг – новый. Каждое мгновенное состояние озера – новое. Упал в озеро камень и изменил ландшафт дна. И вот это – уже озеро с новым ландшафтом дна, с новой береговой линией, с новым уровнем воды и т.д.

Скажут, новое-то новое, а озеро-то одно и то же. Верно, эйдос, образ, схема, ноэма озера не изменились. И пока эйдос будет оставаться тем же самым, озеро будет озером, а всё новое будет не новым, а многообразно модифицируемым тем же самым.

Однако эйдос, образ, схема, ноэма – это ведь не явления натуры, это феномены логоса, разума, ноэзиса. Следовательно, что, в природе нет «нового»?

Я думаю, в природе только и есть одно новое. Стоит дерево определенной формы. Подул ветер, и у дерева уже другая – новая – конфигурация. Закончил ветер дуть, и, пока мы думали, в ту же самую форму возвратилось дерево или не в ту же, отломилась ветка, и уж точно не той же формы стало дерево. А пока мы приставляли ветвь, чтобы доказать, что все-таки той же самой формы было дерево, жук прогрыз кору и окончательно всё испортил.

Но мы можем игнорировать «мелкие» (сингулярные) изменения и установить, что изменения в «определенном» (эйдосном) диапазоне не влияют на новое. Мелкие обломы веток, опадание листьев, прогрыз коры жуками, внутреннее сокообращение и т.д. и т.п. не меняют дерева. А вот если, например, спилить верхушку у ели к новогоднему празднику, то ель уже другая, новая – поруганная. А вот у тополей, допускающих опилку, ничего нового не произойдет. Аллея тополей, даже опиленных, остается той же самой.

Кто-нибудь и это всё отвергнет и скажет, что ель остается елью, даже спиленной и разрубленной на дрова. Только множество тысячелетий может изменить вид растения «ель» в новый вид «нео-ель». А всё остальное не суть важно.

Очевидно, решение зависит от эйдосного диапазона. На нижних этажах природы, в натуральном становлении такой диапазон равен бесконечно малой величине. Далее предел всё более и более увеличивается: от аморфного материала – до вещной оболочки, до видовой оболочки, до родовых изменений и, наконец, до онтологических универсалий: «Космос», «Вселенная», «Материя» и т.п. Но как при бесконечно малом диапазоне новое не отличается от простого изменения, так при бесконечно большом новое теряет свою специфику и растворяется в вечном и неизменном.

Таким образом, творчество в природе, если оно и есть, то лежит где-то посередине между бесконечно малым и бесконечно большим – в конечном фиксированном эйдосе. Выход за пределы или изменение конечного эйдоса и есть новое. А естественное становление такого нового может быть аппроксимировано через «творчество».





 
polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.