Равенство и Неравенство. - Теория меньшинства от большинства - Богдан Заднепровский - Философы и их философия - Философия на vuzlib.su
Тексты книг принадлежат их авторам и размещены для ознакомления Кол-во книг: 64

Разделы

Философия как наука
Философы и их философия
Сочинения и рассказы
Синергетика
Философия и социология
Философия права
Философия политики

Равенство и Неравенство.

Статья I:

Люди рождаются и остаются свободными и равными в правах. Общественные отличия могут основываться лишь на соображениях общей пользы.

   Декларация прав человека и гражданина, 26 августа 1789 года.

  

   Данная небольшая статья не претендует на всесторонний глубокий философский анализ категории "равенство". Она лишь представляет собой критический взгляд на заезженный, затертый до сальных дыр, банальный публицистический эпитет - "равный", "равенство", "равноправие", за которым уже никто не ищет его подлинного смысла. Им слишком злоупотребляют без всяких объяснений природы этого понятия, всего лишь для достижения эффекта стравливания людей на поверхностной основе глубокого нераскрытого явления. Идеологическими сторонами используется лишь внешнее противоречие равенства и неравенства, но не сущность этих феноменов. Идеологи и краснобаи, как равенства, так и неравенства ищут в них лишь "хорошо" и "плохо". Находят то, что хотят, чтобы было "хорошим" и "плохим", в зависимости от собственной выгоды, но не от содержания явлений. И навязывают это остальным: все, что не подходит к их субъективной "истине" либо замалчивается, либо обливается грязью. Равенство стало лишь фетишем ненависти, как со стороны его сторонников, так и со стороны противников равенства. Эта статья лишь попытается оторвать читателя от политиканской бравады, от всей той лапши, что вешают на уши обывателя медиа-аналитики, журналисты, политики, правозащитники и т.д. в отношении понятия "равенство", вызывая нигилистическую рефлексию на их исповедь о равенстве в виде ответной проповеди неравенства. Хитрость в том, что на самом деле с помощью лжи и лицемерия проповедуется лишь неравенство. Проще - подлинное неравенство прикрывается равенством как зонтиком, маской. Для тех, кто в пику этой лжи выступают за неравенство, тезисы равенства становятся средством расправы, орудием палача. На самом деле многие сейчас борются с равенством, именно как с изощренной формой лжи и анонимного террора. Но их заблуждение состоит в том, что равенство - это не то, чем его представляют, как и неравенство в свою очередь. Исходное понятие равенства наполнено ложным содержанием, поэтому оно стало ложным. Ложное понятие и его ложь нельзя раскрыть противоположным исходному понятием, потому что ложное понятие заключает как раз в себе признаки противоположные исходному понятию. Ложное в исходном понятии опровергается не противоположным, а противоложным - истинным содержанием исходного понятия.

   Так что обращаемся к читателю. Не слушайте, а приглядитесь к тому, о чем вам беспрестанно говорят. Равенство - о нем говорят на каждом шагу, и, тем не менее, как категория это понятие до сих пор загадка. Попробуем в общих чертах нащупать сущность такого понятия как равенство. И соответственно сопоставить его с altera pars1 - неравенством.

   Отталкиваясь от эпиграфа, начнем с ретроспективы восприятия понятия "равенство".

   Изначальным и основным принципом современной социальной борьбы считается один из триады принципов либерализма Великой Французской революции "Свобода, равенство, братство". Именно борьба за равенство и стала определяющей для социального либерализма. В чем же заключалась потребность борьбы за равенство? Сама иерархическая природа общества и государства исключала равенство людей в доходах, в положении и пр. Консерваторы и реакционеры всегда пытались утрировать равенство, представить его невозможным. Но за равенство, в частности в политических правах, как раз таки первыми стали бороться представители правящего класса. Их кодекс чести покоился на правиле "первый среди равных", а иерархия, дистанция создавались на основе принципа "вассал моего вассала не мой вассал". Не было жесткой классовой борьбы за равенство именно благодаря четкой регламентации общества. Каждый чтил свое достоинство в своем положении. По этике тех времен дворянин не имел права заниматься трудом простолюдина или купца. А они в свою очередь не имели его прав. То есть система социальных отношений была сбалансированной, ровной, последовательной. Равенство заключалось в ровности и последовательности отношений. Неравенство могло лишь возникнуть при произволе над этим общественным договором, узурпации прав, имущества и доходов другого сословия. Лишь так возникало острое неравенство социальных отношений, приводившее к политической борьбе за восстановление справедливости. Системное неравенство означало разграничение сфер деятельности субъектов социальных отношений. Каждый ел свой хлеб. Подобный принцип регламентации социальных отношений ведется еще от индийских каст. Еще для примера неравенства можно привести и дуэльный кодекс, по которому сражаться можно было почему-то лишь с равными. Всегда человек жил в обществе, где он осознавал себя не только неравным по отношению к одним людям, но и в каких-то отношениях равным с другими людьми, стремился сравняться с одними, превзойти других по определенным признакам. А значит, что равенство все-таки существует и за него можно бороться.

   Таким образом, можно сделать вывод о том что, по сути, равенство и неравенство всегда были "орлом" и "решкой" одной монеты.

   Именно произвол, вторжение одних сословий в интересы других, развитие капиталистических отношений, желание аристократии зарабатывать деньги, а купцов участвовать в политике, в дальнейшем привело к потребности сломать старое, ставшее традиционным, иерархическое неравенство. Это был длительный процесс становления буржуазного строя, с многочисленными реставрациями абсолютизма. Капиталисты тоже боролись за равенство участия в политической сфере с аристократами. Лишь когда они добились уже своего господства в обществе, им стала претить идея дальнейшего либерализма социальных отношений. Поэтому буржуазные консерваторы постоянно утверждают невозможность равенства, при этом, не отказывая в нем среди своего круга. Пытаются всячески забыть, замолчать и даже опорочить вклад масс, народов в установление их власти, в достижении ими их прав.

   Но если раньше борьба шла между равенством и неравенством, то при нынешнем капитализме этот процесс приобрел другую дихотомию. Можно отметить, что сейчас идет борьба между равенством и уравниловкой, а не между равенством и неравенством.

   Следует прояснить, конечно же, что же представляет собой антагонизм равенство/уравниловка. Размежевание этих понятий видится через позитивистский подход.

   Позитивное равенство - возможность роста для всех, пусть и не равного, не максимального, но роста. На ощущении роста, улучшения и перспективы строится позитивное равенство. Рост - самое необходимое ощущение в жизни, его познают с пеленок. Увядание и деградация, болезнь мешают росту, ведут к страданиям и смерти.

   Негативное равенство - "уравниловка". Постоянное ограничение роста, загон в определенные рамки, классы, цифры. Ведет к деградации, потому что излишек роста изымается в чужую пользу.

   Еще важно отметить и то в чем состоит неравенство. В целом утверждается, что оно состоит в первую очередь в различии и разнообразии, во множественности проявлений жизни и природы. Неравенство от многообразия несет в себе естественно иерархию - принцип родовидового размежевания, но надо помнить, что и хаос (произвол) порождается также разнообразием - оно основа изменчивости, а не устойчивости, а потому так сложно поддерживать баланс в разнообразии. Для этого требуется дополнительный уравновешивающий принцип. Вот равенство как-раз онтологически заключает в себе внутренний принцип класса - однородность, сплоченность, единство, по признакам и общности бытования. Стремление к единству, к коллективу, к сплоченности - биологически объективное стремление не к простому однообразию - это уже порочная, экстремальная тенденция принципа равенства, которую призван сбалансировать принцип неравенства. Но в здоровом виде это стремление, прежде всего, к общей идентичности: общее утверждает равнозначность, равнопринадлежность (сопричастность) к идентичности, идентичность предполагает отделение, различение от другого онтологически близкого компонента действительности.

   Заметим в дополнение, что иерархии очень разнообразны и динамичны - в них все компоненты заменимы, а значит в чем-то универсальны, равноценны. Если рушится внутреннее единство и сплоченность, иерархия тоже разрушается. То есть принцип единства и сплоченности первичен по отношению к принципу иерархии. Другой вопрос - иерархический - какими методами устанавливается это единство? Здесь приоритет уже за иерархическим принципом, но вытекающим не из разнообразия, а из единства, сплоченности, общности цели - одинакового, а следовательно, в чем-то равнозначного стремления. Далее уже выявляется принцип иерархической последовательности: субординация и протокол. Так выглядит диалектика равенства и неравенства, что еще раз подтверждает, что равенство все же существует.

   Несмотря на все выше изложенное из ситуации этих понятий индивиду и общественному сознанию намеренно навязывается диалектический стандартный постулат антагонизма категорий дня сегодняшнего: равенство основано на сходстве, неравенство - на различии. Равенство - стремление ли это к тотальной "одинаковости" или стремление к росту, к солидарности? Где позитив, где негатив? Стремление к результативности жизни в идеальной сфере воззрений, к гармонии со своими замыслами? - Может быть, человек становится равным не с другими людьми, а со своими жизненными позициями и достижениями?

   Идет, и это очень наглядно прослеживается в идейном и информационном поле современности, жесткая безаппеляционная полемика сторонников равенства и неравенства, которая выдвигает следующие оппозиционные тезисы:

   - Равенство это процесс слома дистанций, неравенство их устанавливает: таков классический тезис диалектического антагонизма понятий.

   - Равенство познается не в радости, а в беде, в солидарности: вы терпели как все, что в этом плохого? Нынче вы "выбились в люди". Помогите другим, а не топчите их, не отстраняйтесь от них.

   - Неравенство - плохо ли это? Может, плох лишь культ неравенства: тотальное, всепоглощающее стремление к обособлению, эгоизму, презрению. Попытка отличаться изо всех сил во многом, по номенклатуре, количеству, степени?

   - Равенство не существует. Однако многие считают, что и Бога не существует, что не мешает миллиардам стремиться познать Бога, быть ему сопричастным.

   Людям, общественности на данный момент очень важно также понять отношение к равенству тех, кто часто в суе поминает его: верят ли проповедники равенства, как в миропорядок или как в средство демагогии, как в разменную монету человеческого общения - "договоримся и поверим, что мы равны, но останемся при своих"?

   Если раньше "теоретики равенства" обосновывали этот феномен лишь через универсализм - "все равны, потому что все похожи", то было бы в большей степени правомерным рассматривать "равенство" через динамику общественных процессов и социализацию индивидов, как это было представлено вначале. Равенство - элемент сплоченности, единства группы по жизненно-важным общим признакам, а не повальное отрицание различий. В плане борьбы равенство далеко не безобидное движение, а порой ширма в стремлении к своему противоречию, к своей негативной природе. Например, меньшинства борются отнюдь не за "равенство" между "всеми", а за свое превосходство: "социальное равенство" для них всего лишь прикрытие собственной (по признаку отличия) эмансипации. Их метод схож с буржуазным - всех уровнять, опустить и упростить под себя, свои потребности. Между тем как стремление к равенству - это преодоление, через волю, через труд, это подъем по ступеням, чтобы стать достойным тех, кто чего-либо достиг высокого. Подлинное равенство - в достоинстве. Здесь прослеживается явная закономерность процесса эмансипации, направленной на достижение равных позиций в общественном договоре.

   На протяжении последних двух веков эмансипация разнообразных социальных групп велась именно за достижение признания их интересов в ряду уже устоявшихся общественных норм и ценностей. Так было до недавней поры с классовой борьбой, с феминизмом, борьбой за права этнических и сексуальных меньшинств и т.д. за достойное положение в обществе. Эмансипация справедлива и закономерна лишь до той поры, пока она действительно ведется за равные права. Но в силу ряда психологических факторов она постепенно деформируется в негативную сторону, когда появляются возможности бороться уже за привилегии - неравное соотношение прав между группами. Проблема дня сегодняшнего именно в том, что эмансипация за привилегии продвигается под ширмой идей предыдущей эмансипации за равенство. Возникает скрытая угроза узурпации прав через либерализм общественных отношений. Образно выражаясь, неравенство как вор проскальзывает тихо через заднюю калитку демократии, а не громко ломится в переднюю дверь. "Ранее ущемленные" созрели до идей о своем доминировании, господстве - они пресытились равенством и от этого их социальные взгляды регрессировали до уровня их бывших неприятелей: "кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем"2.

   С другой стороны, если все же принять позицию консерваторов о невозможности "всеобщего" и "полного" (абсолютного) равенства в силу изначальной неравноценности и неравнозначности индивидов и принципа множественности, и тогда еще можно отстаивать борьбу за равенство. Но не в виде абсолютной категории диалектической оппозиции равенство vs. неравенство, а в относительных количественных признаках неравенства, как единственно верной категории. В данном случае за равенство можно принять наименьшую степень, стремление к малым колебаниям между максимальным неравенством и минимальным неравенством. То есть за равенство будет приниматься минимальное неравенство - равенство - это минимальное неравенсвто. Такой подход уже существует в развитых капиталистических странах при статистическом измерении разрыва между самыми богатыми и самыми бедными слоями общества. На основании этого соотношения уже делаются выводы о социальной напряженности и качестве жизни общества.

   Проиллюстрируем данные тезисы в качестве гносеологического примера, через логико-семантические построения.

   Символ равенства - весы. Минимальная погрешность, минимальное неравенство. Знак равенства (тождество) в математике и логике а = b, но a не является b, они представляют собой независимые друг от друга единицы бытия.

   Что есть равенство? Категория равенства полностью включается в идейное поле категории обладания.

   Какова совокупность и природа тех признаков, что определяют социальное равенство? А равно В, но не квантору существования, ведь они существуют отдельно друг от друга, а по конкретному признаку отождествления. А - человек, В - человек: человек = человек, но это отдельные люди. А значит в них заключена дифференциация по биологии, опыту, социализации. А - гражданин, В - гражданин: гражданин = гражданин. Так выглядит тождество. Но А - богач, В - бедняк. Значит А ? В. Если подключить к этому простому логическому моделированию статистический и математический аппарат, то вполне можно вывести константу (некое число ?) отношения равенство/неравенство: т.е. пункт за которым это отношение превращается в тупую уравниловку (унификацию, стандартизацию), либо в тотальную "мораль господ".

   Все сказанное выше о проблеме равенства и неравенства в стиле Ф.Ницше - гениального провозвестника этой великой полемики - выглядит следующим образом. Никто не хочет равенства для себя с другими. Всех сильных не победить, но на пути к могуществу стремятся сокрушить тех, кто выше. А потом навязывают равенство для других по отношению к своему возвышению. Одни сверху, остальные одинаково убоги, равны в своем убожестве. Тех, кто снизу пытаются загнать под общую равную планку, выше которой нельзя подняться. Таким образом, равенство становится "моралью господ", а не только "рабов". Все что снизу хочет расти, все что сверху хочет опустить все что снизу. Лишь верхние признают свою оригинальность, другие все одного цвета - серого, одного ума - посредственного. Вот как создается уравниловка: мир делится на неравные части с помощью "равенства господ" и "равенства рабов". Каждый должен "соответствовать" - выравниваться в рамках своего круга: этикет и протокол comme il faut3 - равенство для господ. Раб "должен" быть тупым и серым. Но все живое стремится к свету - к равенству людей против равенства рабов. Таково движение вверх - воля к власти. И сверху, и снизу сшибаются насилие, ложь, ярость. Поэтому возникает равенство в борьбе, страхе и смерти. Никто не хочет равенства. Но, избавившись от него, можно погибнуть.

   В заключение рассмотрим в виде обобщения три аспекта равенства/неравенства - социальный, экономический, биологический.

   Смысл социального равенства не в "одинаковости", а в "принципе подобия", "тождественности". У одного есть право, у другого "тоже" оно должно быть. Например, право на оружие: военный имеет право по функции даже на ядерное оружие, почему бы простому гражданину не иметь хотя бы пистолет? У кого меньше прав - тому меньше положено. Хорошо, тогда с того, у кого больше прав, пусть и спрашивают больше, а не на равных с тем, у кого их меньше. Например, подоходный налог в России равен 13% для всех категорий граждан, как богатых, так и малообеспеченных. Равный налог создает неравенство социальных отношений. Типичный пример уравниловки в ответственности. Иными словами власть имущие и богатые стремятся к равенству в ответственности наравне с простыми людьми. А то и к меньшей ответственности, неравному отношению в этом плане. С нравственной точки зрения напыщенность их аристократизма превращается в мелочное малодушие, убогость.

   Самое не признаваемое равенство - экономическое. Все упирается в доходы. Тут-то всех и сталкивают лбами. Однако, если рассмотреть эту проблему конструктивно, то можно найти другой подход к разрешению противоречий, а этого очень многие не желают, наоборот, даже находят их очень выгодными аргументами для накопления политических очков. С этим реакционизмом следует покончить как в рядах сторонников равенства, так и в стане оппонентов.

   Предположим следующее. Экономическое равенство - не значит прямого равенства в доходах. Но оно требует выработки четкого соотношения в распределении прибыли в рамках единой сферы создания материальных ценностей и услуг. Одним из принципов единства для экономического равенства будет таким - "повышается доход у фирмы, повышается прибыль у верхушки - повышается заработок и в нижних эшелонах производства, причем на равный процент". А этого, по признанию западных экономистов-исследователей не происходит уже более 30-40 лет в самых развитых капиталистических странах4. Далее, общий доход высшего звена не должен превышать общий доход всех служащих более чем в 1,5 раза. Важным в этом вопросе становится метод обретения капитала, его легитимность, как перед государством, так и перед обществом (общественным мнением).

   Социальное равенство часто пытаются вписывать в биологические параметры человека. То есть через моральную идею пытаются навязать уравнение людей по биологическим данным - природным и поэтому абсолютно не моральным. Каждое живое существо слишком уникально для тотального навязывания универсализма. Навязывать универсализм - противоестественно, это насилие над природой, которое как показала жизнь, вносит серьезный дисбаланс в экосистемы. То же может случиться и с людьми, экосистема для которых есть этносистема. Сторонники социального равенства наивно полагают, что уничтожение различий этнического и расового порядка приведет мир к гармонии. И даже видят естественный механизм для осуществления этой цели - гетерогенность вида homo sapiens. В этом биологическом свойстве они находят для своей идеи элемент равенства, а точнее уравнивания всех людей. Они также слепы и тотальны в этой своей вере в биологическое равенство, как некогда были уверены сторонники абсолютной расовой и этнической чистоты в своих евгенических теориях. Теории евгеники XIX-XX вв. не оправдали возложенных на них надежд. Точка зрения сторонников нынешнего всеобщего равенства сегодня господствует в не малой степени лишь благодаря неудачам оппонентов, но вовсе не исходит из объективности научных данных биологии. А данные этой науки до сих пор очень противоречивые и неполные: они говорят о нарастании межрасового и межэтнического смешения. Однако за 40 тыс. лет существования современного человека смешение охватило всего лишь около 30% всего человечества. Этот факт говорит о том, что сложившиеся однородные расовые и этнические признаки достаточно устойчивы. Да, смешение возможно, но необязательно, оно содержит биологическую закономерность, но не необратимость и безусловность этого процесса. А поэтому навязывать смешение, для достижения равенства - это насилие над природой. Сегодня идет столкновение расовых и этнических идентичностей внутренне тождественных себе, своим участникам. Но в силу самых разных факторов, как биологических, так и политических, и культурных, и религиозных, неспособных сочетаться и примиряться друг с другом.

   И этого сторонники всеобщего равенства не то что не учитывают, а даже стараются всеми силами пренебрегать сложившимися уравновешенными элементами этносистем (народностей, наций). Они стараются превращать всех в стандартную, безликую, утилитарную толпу "граждан". Всеми силами преодолевают национальное, самобытное, идентичное. Уравниловка. Но и здесь в этом стремлении к равенству нередко легко обнаруживается лицемерие, подмена, ложь. Равенство вновь становится средством, а вовсе не целью. Можно будет поверить в искренность идеологам расового и этнического смешения и интеграции во имя всеобщего равенства лишь, если они предъявят своих детей, внуков, близких родственников, которые будут нести признаки других рас и этносов как результат стремления этих идеологов к тому, что они проповедуют другим. Их оппонентам предъявить подобное биологическое доказательство своей концепции, по всей видимости, гораздо легче. Да это, в общем-то, вполне естественно, что многие люди желают, чтобы их дети несли в себе их образ и идентичный этнический образ их далеких предков.

   Хотя и к сторонникам расового и этнического неравенства есть претензии. Они вместе с расовым и этническим неравенством допускают уже в нем еще и сильное социальное неравенство. А тотальное неравенство, которое при этом получается, влечет за собой дисбаланс между этими не совсем едиными концептами. Социальное и биологическое имеют довольно четкие различия: именно в них и заключается своеобразие рода человеческого. Упускать из виду социальную составляющую также опасно, как упускать и биологическую составляющую единого сообщества людей. Если народные массы будут быдлом и нищетой, то смешение и потеря расовой и этнической гордости обеспечено. Оно неизбежно. Беспросветность их жизни не дает им и шанса поверить в расово чистого человека. Это надо понимать сторонникам возвышенного аристократизма и элитаризма.

   Твердую позицию можно иметь и со стороны равенства и со стороны неравенства, но экстремальные безосновательные, догматические и эмоциональные точки зрения в этих вопросах не ведут к позитивным результатам: одна из задач данной статьи - донести эту мысль читателю.

   Достижение социальных прав, в том числе и равенства, влечет за собой всестороннее культурное развитие. Но бескультурье, хамство, безнравственность, невоспитанность, произвол, коррупция, организованная преступность, которые переполняют содержание жизни современного общества никоим образом не относятся ни к идее равенства, ни к возвышенным элитарным теориям. Вот в этих последних явлениях заключается ныне угроза, как национальному, так и социальному организму общества. И об этом следует постоянно помнить и не отвлекаться на эфемерные идеологические внушения.





 
polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.